— М, да, это то, что мне нужно. — наконец, с довольством выговорил он.
— Эм… — удивился Пьер, — а как же выжившие «гарнизоновцы» и другие изменённые?
— Не столь важны. — беспорядочно отмахнулся Хэйд, разглядывая в данный момент фотографии погибших Блюсорс и Патагонца.
— Что ж, хорошо. Дело ваше. — повёл плечами секретарь и убрал непригодившиеся документы. — Но тогда попрошу вас уплатить вашей информацией….
Странный мужчина, несколько увлекаясь просмотром выданных описей, не сразу среагировал на слова Пьера, но затем, вдруг округлив глаза, торопливо проговорил:
— Да-да, конечно. Извольте! — и, бегло вытащив из маленького чемоданчика, оказавшегося у него между ног, передал какую-то чёрную папку на металлических заклёпках. — Здесь всё про п…
Но секретарь не дал ему договорить, приставив палец ко рту. А сам, бегло заглянув в папку и что-то там прочитав, кивнул и спешно ушёл в сторону своего лимузина….
…Хэйд Плу́тон шёл по каким-то узким переулкам парижских неблагоприятных районов, также называемых «парижскими трущобами». Стены квартир здесь были уписаны сверху донизу различными «произведениями искусства» в виде французского мата, картинок секса и половых органов. Стояли переполненные мусорки, а с окон сюда небрежно скидывали отходы в виде пропавшей еды, испражнений, использованных средств контрацепции…
Но вдруг, неожиданно встав посреди этого переулка, этот загадочный мужчина отбросил свой чемодан в сторону и немного развёл руки. И то, что происходило дальше, было крайне удивительным и очень странным…
Черная одежда Хэйда неожиданно стала дёргаться, двигаться, словно змеи, и преобразовываться в длинную черную тунику на античный манер. Его кожа неожиданно поблекла и начинала сереть… А голова в области волос вдруг загорелась ярким сине-зеленым огнём, причём словно тот был не пламенем, а полупрозрачной иллюзией. И его тёмная радужка также вдруг налилась глубоким синим цветом.
— Дьябл! — вдруг послышалось где-то правее, за мусоркой, пьяное бормотание. Некто, названный ранее Хэйдом Плу́тоном, прошёл вперёд и разглядел перед собой развалившегося негроида в разорванной и заблёванной кофте, а рядом с ним валялось три-четыре разбитых и пустых бутылок из-под крепких напитков. — Бга наааа тья нт…
Но «Хэйд» вдруг вскинул в его сторону руку, вытянув указательный и средний пальцы. И вдруг этот бездомный пропоица задёргался и законвульсировал, из его рта потекла пена, а глаза окрасились в черный цвет… А затем из него едва заметной нитевидной дымкой потянулось нечто бело-синеватое, втекая в вытянутую руку человека рядом.
И, когда эта нить вдруг оборвалась, то негр резко осел, а из его ушей и носа потекли струйки крови.
Хэйд же, глубоко вдохнув, вернулся к чемодану и, забирая его, с улыбкой на лице вдруг щёлкнул пальцами и пред ним разгорелся огромный синий портал, за которым была видна здоровенная гора с каким-то, стоящим на ней, гигантским белёсым городом, по архитектуре чем-то напоминающим древние греческие города, но гораздо более развитый. И, после того, как он вошёл, портал закрылся.
Эпилог
Российская Федерация, Мурманская область. Некогда заброшенный военный бункер. Дата и время неизвестны.
Очень старый бункер, построенный ещё в шестидесятые годы советским правительством для одной из секретных баз, снова заработал… Глубоко в недрах земли, под железобетонными сводами и конструкциями, вновь стали ходить люди: солдаты, военные и научные деятели в строгой форме. И на каждой — нашивка: светящийся в красном огне железный молот. Вновь кипела работа в энергетических, обслуживающих и военно-строительных секторах огромного подземного строения. Каждый день сюда завозили всё больше и больше снаряжения, ресурсов, провизии. И порой здесь даже мелькали некоторые известные лица оборонительных сил Российского государства, правда в основном это были пожилые служащие, родившиеся ещё в конце сороковых — начале пятидесятых.
Но ещё ниже, на одном из многочисленных этажей расположился гигантских размеров зал, в котором, отдаваясь грохотом по всему сектору, синхронно маршировало несколько сотен странных солдат: все они были одеты в эластичную тёмную форму от шеи до ног. И у каждого на груди была точно такая же нашивка, как и у всех остальных: молот в красном пламени. Собственно, и огромную бетонную стену позади украшал длинный широкий гобелен с идентичным рисунком. Кроме того, выходы из этого зала охранялись солдатами, блюдящими за марширующими людьми. И если приглядеться, то от их каждого следующего удара ног по бетонному покрытию — пробегали мелкие трещины…
Чуть выше же, в застеклённой бронебойными тонированными окнами, комнатке — расположился чей-то кабинет: он был увешан красными флагами советских времён, уставлен статуэтками социалистических и коммунистических идеологов, что, вместе с тёмно-серыми металлическими стенами придавало этому помещению особую атмосферу. Здесь же стоял огромный чёрный деревянный стол, на котором была расстелена большая карта Европы с тёмно-красными закладками на следующих городах: Лондон, Берлин, Париж, Москва.
За столом, сидя на креслах, сейчас расположилось двое людей: один, пожилой генерал с длинными усами и приметной родинкой на лбу, одетый в обычную камуфляжную форму, а второй — руководитель и главное лицо данного бункера, лысый человек с седой бородкой в утеплённом мехом сером пальто, с навешанным на шею красным декоративным шарфом. В руках у него был бокал белого вина, мерно испиваемого. И, кажется, между ними шёл какой-то диалог, но уже подходил к концу, так как пожилой военный встал и задумчиво спросил по-русски:
— Стефан Викович, могу ли я напоследок узнать, как скоро мы сможем начать? Под нашим командованием уже более восьми сотен мутантов, созданных при помощи улучшенной версии сыворотки «Экстра».
Мужчина в пальто же, сделав очередной глоток белого вина, улыбнулся и ответил с лёгким акцентом серба или хорвата:
— Уже скоро, друг мой. Подробный план я озвучу в следующем месяце, но самое главное: мы, наконец, перевернём этот мир, начав с Европы. Наши солдаты нанесут точечные удары прямо по правительствам крупнейших европейских стран, а затем — мы создадим новые, достойные истинных, коммунистических идеалов! — с неким воодушевлением ответил Стефан. И, развернувшись в сторону тонированного окна, радостно прихлопнул в ладоши, так как загадочные солдаты стали маршировать стоя, а их совместный топот заставлял дрожать потолки, полы и стены. И вдруг они также одновременно запели:
«Красное Пламя пылает в груди,
Нас Революции ждут впереди!»
Авторское слово
___________________________________
Провинциал (Артур Миллер):
Вот и закончился мой первый роман, видимо, положивший начало целому циклу или даже, можно сказать, вселенной книг. Я долго боролся с собой, думая, что никогда не смогу написать произведение подобных размеров, но, как видите, — смог. Отчасти заслуга этого в том, что супергероика — мой любимый жанр научной фантастики, именно поэтому, благодаря вдохновению и интересу к тематике, я осилил эту книгу всего за три месяца.
Да, знаю, что мне придётся ещё поработать над стилем и слогом текста, и я даже знаю свои главные ошибки. Но как говорится, нельзя бояться ошибаться. Так что, набравшись опыта, в дальнейшем я смогу писать куда лучше.
Следующая книга — будет спин-оффом данного произведения, сюжет которой будет выбран из трёх идей посредством небольшого голосования. Ссылку на которое я оставлю несколько позже.
Но когда-нибудь будет и вторая часть, которая, предположительно, получит название "Стража. Красное Пламя".
Вот так вот, коротенечко…. Спасибо тебе, читатель, если ты дочитал до этого момента.
___________________________________