— Ракета, — спокойно сообщила Кира.
Нам пора, — сказал Арон глянув в небо. — Уже скоро.
Покинув жилище, они спешно направились к бревенчатому форту. Хансон уже стоял на скале, поглядывая на пресловутый зеленый кристалл. Пока что мерцал он слабо.
— Нам туда, — указал Ольгерд, и они двинули по тропинке, петляющей вдоль ограды из кольев. Минут через десять все четверо, не считая Золу, стояли у края обрыва.
— Встаньте там, сударь! — Хансон указал на выступ, что ближе к морю. — Люди должны меня видеть.
Ольгерд послушно отошел в сторонку.
— Сейчас ты увидишь всю картину парень, — тихо сказал Хансон обращаясь к кузнецу.
Арон хотел сказать ему об утреннем разговоре, но взглянув в глаза командиру, решил этого не делать. Хансон был сдержан и крайне сосредоточен. Сейчас, в последние минуты перед боем он концентрировал свой разум на предстоящих задачах.
Кристалл вспыхнул неожиданно, сразу ударив зеленым лучом в небо. А следом содрогнул воздух и землю чудовищный горн. Даже видавшая виды Зола припала к земле. Неспокойная пелена проступила воздухе.
— Напряженность поля 30 % — доложила Кира. — 40 %…. 70 %… 95 %. Проход открыт, командир.
Хансон дал знак и Ярсен вскинул алый флаг. Грянул залп, и Арон увидел, как рассекая воздух, с той стороны холма ввысь устремились ядра. Описав правильную дугу, они врезались в песок у самой пелены. Дым тлеющих фитилей сразу подхватил легкий ветерок. Однако с той стороны ничего не появилось. Через несколько долгих секунд прогремели взрывы. В этот момент пелену разорвали два громоздких силуэта. Ворвавшись на поле боя на всем ходу, два огромных клыкастых чудовища, закованных в броню, устремились в атаку. И это не были бесформенные твари. Два одинаковых, мастодонта, сотрясая землю, прокладывали себе путь по кромке скал, минуя основные редуты. На их спинах были закреплены с десяток орудий, направленных вперед. За высоким стальным гребнем на загривке животного явно сидел человек….
Какого черта?! — взревел Хансон и дал отмашку.
Выстрелы пушек не нанесли вреда. Они были пристреляны по центру и флангам, и вести огонь по движущейся мишени предназначены не были. Люди, готовые встретить безликую массу врага, застыли на своих местах в нерешительности. Проделав большую часть пути, громадины направились прямиком к редутам. Орудия на их спинах грянули громом и фланговые укрепления, детонируя боеприпасами, взлетели на воздух. Продолжив стремительное движение, бронированные монстры один за другим врезались в цепную сеть… не выдержав такого напора, звенья цепей полопались, падая со звоном на каменные стены редутов…
Хансон молча наблюдал как громадные твари прорывают линию обороны… Он чего-то ждал. Перевалив через разрушенные редуты, враг устремился в тыл. Однако далеко пробиться не удалось. Дрогнув, земля под ногами животных вдруг провалилась. Подняв клубы пыли все ровное пространство по ту сторону редутов превратилось в глубокую пропасть, нашпигованную стальными пиками. Дикий предсмертный рев огласил скалы, эхом отразившись от стен в повисшей тишине.
— Расчехлить фланговые орудия! — скомандовал Хансон.
Ярсен бросился к флагштоку и быстро перебирая руками, поднял флаг с условным обозначением. Спустя минут пять, на дальних холмах, что по ту сторону опустевшего селения, грянули взрывы. Осыпавшийся грунт обнажил хорошо замаскированные укрепления. Щиты из массивных брусьев полетели вниз, открывая взору длинные стволы дальнобойных пушек. Еще через минуту над новыми позициями взвились сигнальные флаги. Внизу же, у пропасти, в которой громадные твари медленно истекали кровью, затеялась суета. Солдаты, орудуя лебедками, быстро наводили спрятанные до поры мосты. Из песка один за другим поднимались массивные колья, с кованными стальными наконечниками. Ольгерд был прав, Хансон предусмотрительно выстроил еще одну линию обороны.
Затишье длилось не долго. Безликая масса повалила как раз в тот момент, когда люди были растеряны. И волна ее с ходу захлестнула передовые укрепления. Арон заметил зеленоватое свечение у одной из тварей, но прежде, чем успел доложить, она взорвалась над земляным валом. И таких тварей было сразу несколько. Со стороны холмов грянула раскатистая канонада. Одним залпом тяжелые боеприпасы сровняли земляной вал, похоронив под ним часть тварей и останки несчастных каторжников. Теперь там жалеть было некого. Вскоре их поддержали выстрелы с дальнего редута. Раненых и убитых заменили свежими силами, поврежденные и перевернутые пушки частично вернули в строй. Медленно и тяжело силы пришли в равновесие. На поле боя оперативно выдвинулся резерв, и взял на себя фланги. К полудню войска гарнизона восстановили контроль за тактической ситуацией. Хансон хранил каменное лицо. Он был бледен и хмур.