Интересно, что же там такого? Стало до ужаса любопытно. Хотя книги интересовали меня мало, но я обожала всё запретное и труднодоступное, поэтому после обеда первым делом решила попроситься именно в библиотеку. Старейшина вновь заговорил:
- Запрещается выказывать неуважение к учителям словами, опозданиями, пререкаться. Запрещаются драки и публичные скандалы. Друг к другу мы все обращаемся на «вы» или «ты» - по собственному усмотрению и привычке, также используя звание. К имени старших отличившихся учеников добавляем «Таш», что на всеобщий язык можно перевести, как «господин, госпожа». Согласен, непросто, но каждый хотя бы к выпуску может получить данное звание и должен к нему стремиться. Стражи границ являются «Таш» по праву рождения. Никаких фамильярностей. Я лично этого не потерплю в своей школе.
Помните о дисциплине. Данное правило, как и наказание за его нарушение, в Гарнизоне веками остаётся неизменным. Не думаю, что кому-нибудь хочется получить удары плетьми прилюдно. Особенно это касается Северной школы.
За исполнение наказания отвечают Алан-таш и не присутствующий здесь начальник темниц академии Варн.
Я не ослышалась? Нас будут бить плетьми? Мне, конечно, иногда перепадало в драках с деревенскими мальчишками, но только в глубоком детстве. Если кто хоть пальцем тронет, я этого не вынесу. А учитывая поведение, которое оставляло желать лучшего, первый кандидат на позорный столб был предопределён.
- Отношения между преподавателями и студентами строго запрещены. Уважаемые девушки, я от всей души искренне не рекомендую связываться со Стражами границ. Они, как многим известно, являются ловеласами. – Послышались смущённые смешки, некоторые даже густо покраснели.
- Несмотря на то, что в силу специальности сейчас лица их представителей не выражают никаких эмоций, поверьте, им без сомнения стыдно.
Теперь, что касается Алан-таша, – почему-то мне показалось, в этот момент старейшина посмотрел на меня очень внимательно, - кроме того, что он на данный момент первый и лучший ученик Гарнизона, параллельно Алан-таш является куратором своего факультета, генералом, правой рукой великого генерала Майира, действующим стражем, давно допущенным к службе на границах, помощником старейшины Сангатана на занятиях по перекрёстным контурам. А также Алан-таш официальный преподаватель Восточной школы.
Сегодня, кажется, я была шокирована достаточно. Слишком молодой, а уже столько званий?
- И пусть вас не обманывает внешний вид этих ребят. – Добавил Геран усмехнувшись. – Каждый из них старше минимум лет на 200.
Я окончательно потеряла дар речи и зачем-то напряжённо начала сверлить взглядом пол. Вот облом. Да у такого красавчика, да в 200 лет, поди, там уже семеро по лавкам. Чегой-то только «там»? По всей стране, небось, и далеко за её пределами.
- 268.
- А?
- Мне 268. – Отчётливо и со сделанными небольшими паузами между цифрами раздался возле моего уха знакомый голос. А потом отовсюду хохот. Даже строгий Сангатан и только что совершенно серьёзный старейшина Геран не сдержали едва заметных смешков. Я со стыда готова была повалиться сквозь землю. Никогда не замечала свой случайный бубнёж вслух, зато Лоя частенько веселила. Но лучший друг — это ведь не вся академия. В том, что уже завтра здесь появится новая «знаменитость» можно было не сомневаться.
Когда люди начали выходить, я спряталась за одну из колонн, чуть ли не вжавшись в ближайшую стену, таким образом пытаясь ни с кем не пересекаться, перевести дух, покинув холл незмеченной и последней. Как прямо передо мной тенью возник Алан, неожиданно обвив за талию и крепко прижав к себе, параллельно схватив за распущенные волосы, чуть потянув назад. Сейчас он, наклонившись, бесстыдно и пристально смотрел мне прямо в глаза. Мужчина на выдохе мрачно усмехнулся.
- Выпороть бы тебя как следует. – С этими словами он отпустил обе руки и я, потеряв равновесие, сначала полетела обратно к стене, затем по ней скатившись. Мужчина сел на корточки рядом и аккуратно приподнял мою голову, взяв указательным и большим пальцами за подбородок.
- Я тебе запрещаю говорить обо мне плохо. Я тебе даже думать обо мне плохо запрещаю.
- Кххх… - В моём тоне явно слышалась насмешка и возмущение одновременно. – Думать тут тоже уставом запрещено? Не поможешь подняться, Алан-таш?
На удивление тот молча подал мне руку и резко дёрнул вверх так, что я чуть было снова не улетела. Ведьмино отродье приблизился и совсем тихо на ухо холодно прошептал: