- Я всё слышу, злыдень! - Проскрипела карга. - Ишь он, ирод, сплетни ходит собирает. - "Нет ныне, не было и в веках ничего хуже болтливого мужика!" - Процитировала бабка Наймарскую сказку с печально известным концом, в котором выдающему чужие тайны горе-герою таки выдрали с корнем язык. Судя по свирепому виду старухи, она была бы сейчас совсем не против проделать то же самое с несчастным Лоем.
Видимо, возраст всё же брал своё и в какой-то момент бабка, тяжело дыша, решила присесть на скамейку.
- Вот что, Ивейлиана - очередной позор семьи нашей, пакуй пожитки и поезжай за лучшей жизнью в Сэххиш, раз на экзамены ума не хватило. Ни в Наймаре, ни тем более в деревне, искать нечего. Хватило невестки любимой, чтобы понять, что от курицы соколок не родится. - Про сыночка папеньку старушка решила не упоминать и вовсе. Спорить с ней себе дороже, и я благоразумно перечить не стала.
Мы с Лоем ещё во время чаепития поразмыслили, что могли бы отправиться в Сэххиш вместе. Устроим небольшое приключение, посмотрим новые земли и заодно попробуем разыскать его родственников. А что до надсмотрщика, которого старуха как пить дать приставит, можно ведь и забавы ради на отбор этот пойти, вести себя настолько отвратно и неподобающе, что ни одному даже крайне захудалому мужичонке не придёт в голову дурная мысль с такой ведьмой породниться.
Но знала бы я тогда, как планы полетят коту под хвост. Знала бы, как мир мой перевернётся с ног на голову.
***
Наутро провожала нас вся деревня. За несколько минут котомка за спиной пополнилась тяжёлой бутылью крепкой рябиновой настойки, чесночными сухарями, мешочком с дольками сушёной репы, засахаренной морошкой, вареньем из еловых шишек и крупными луковицами. Лою в суму через плечо добрые соседи и родители напихали куриных голов, побольше медовых лепёшек и кусок соли.
Я не нашла среди всех присутствующих здесь ни своего отца, который по обыкновению спал в хлеву и оклемается дай Боги к обеду, ни матери, "по делам" отправившуюся в близлежащее селенье. Они оба ещё с 12 лун считали меня достаточно взрослой, чтобы позаботиться о себе самостоятельно и не допекать никого глупыми расспросами и просьбами. Я обижалась несколько лет кряду, а потом привыкла и никакого сожаления сейчас или желания попрощаться не испытывала.
Бабка для виду немного поворчала, вцепившись своим колючим взглядом в сонного Лоя, который, по её авторитетному мнению, напросился в сопровождающие исключительно ради того, чтобы в дороге обесчестить такой цветочек, как я, а потом, словно от сердца отрывая, сыпанула мне в карман золотых яров. И разревелась. Разумеется, не от родственных чувств.
Мы ещё раз попрощались со всеми и отправились в путь, обдуваемые предвещающим скорую весну мягким ветром. Впереди нас ждал Наймар, где предстояло у портала встретиться с переправщиком, а там вновь пешком от терновых стен и до самого Сэххиша.
Лой тащился неохотно. Он странным образом не превратился в упитанного увальня, хотя ел за десятерых, но при этом вообще не любил много двигаться, а уж тем более куда-то ходить. Не иначе влюбился в меня, бедолага. Нас со школы женихом и невестой кличут. А я что? Друг, конечно, замечательный, даже симпатичный весьма, но вот мальчишка ещё совсем, пусть мы и ровесники. И когда его это детство отпустит? А бабка тут всё про честь мою. Смех, да и только.
Сегодня не было метели и снег на дорогах подтаял, что значительно облегчало путь. Высоко в небе ласково светило солнце, хоть и не грело. Спустя пару часов ходьбы под весом одежды и припасов появилась неприятная усталость, а посему мы решили сделать привал в прилеске. Лой занялся разведением огня, а я усиленно пыталась вспомнить, как приготовить похлёбку. Мы, оба довольно бестолковые, в итоге решили растопить в котелке снег, накидать туда голов, порезанных на четыре крупных части луковиц, дольки реп, соли, и закусить лепёшками с вареньем. Получилось, кажется, даже вполне себе недурно. До города оставалось ещё примерно столько же пешком и до обеда мы рассчитывали выбраться к порталу. Я жалела лишь о том, что не увижу прекрасную столицу, о красоте которой по деревням ходили легенды.
- Лой, - я дернула друга за широкий шерстяной рукав серого пальто, - ты ведь отличник, попробуешь поступить в Академию?
Парень замялся и нехотя ответил:
- Меня уже зачислили, Ива. Факультет магии Высшего порядка, специальность Черномагические артефакты.
Я, само собой, была за друга рада, но...
- Почему ты скрыл, что участвовал в экзаменах?
- Боялся расстроить. Придётся ведь в Наймар уехать, ещё столько лет посвятить образованию, потом поиску работы, вряд ли дождёшься. - Он остановился и, кажется, с какой-то надеждой заглянул мне в глаза, словно задавая немой вопрос.