Глава 2
Я довольно быстро устала бежать и теперь, потупив взгляд, шаркала по большому полю в сторону видневшихся вдалеке плоских городских построек. Дорога казалась бесконечной, а яркое солнышко над головой было в абсолютной дисгармонии с кошмарным настроением. Спустя ещё некоторое время гнев мой поутих, и я уже даже подумывала, не вернуться ли, но капающая на светлое платье кровь со щёк и кистей рук словно отрезвляла, напоминая о собственной гордости. Уверенности хоть чуть-чуть придавали бабкины яры в кармане. Это, как минимум, значило, голодной ночевать на улице не останусь. Ранним утром злосчастные смотры, на которых я решила во что бы то ни стало выделиться, да так, чтобы поганой метлой из города погнали. Вернусь спокойненько домой, сообщу о полном провале и буду себе продолжать вести хозяйство, а там, глядишь, дорасту и правда кто-нибудь да замуж возьмёт.
Столица Сэххиша, несмотря на то, что многие описывали её как сплошной воинский лагерь, почему-то мне таковым не показалась. Каменные чёрно-серые простые дома в два-три этажа и узкие проулки заливал бесконечно-красивый и рыжий как шерсть лисицы закат. Под одинаковыми изумрудными крышами шатров торговцы готовили множество разных блюд, от аромата которых непроизвольно начинали течь слюнки. За стёклами магазинчиков горел тёплый уютный свет, а люди внешне совсем не были похожи на строгих худощавых жителей холодного Наймара.
Я изо всех сил вглядывалась в вывески, но не нашла ни одной на всеобщем языке, хотя, к счастью, местные его хорошо понимали. Внимание моё привлекли круглые ягодные пирожки на палочках. Только что испечённые, вкусные, такие же, как... и тут я осознала, что никто и никогда не пёк для меня пироги. И город я видела впервые. И такое огромное количество народу тоже. Вдруг стало до ужаса одиноко, захотелось спрятаться в покосившемся знакомом доме в родной деревеньке. Даже золотые яры в моих руках оказались впервые и расплачиваясь, только и приходилось, что полагаться на честность.
Спросив дорогу в ближайшую ночлежку и заняв скромную и в размерах, и в обстановке комнатку, до самой глубокой ночи я беспрерывно пускала в жёсткую валикообразную подушку сопли и слёзы. Завтрашний день предвещал множество событий, к которым следовало основательно подготовиться.
Чёрные синяки удачно оттеняли покрасневшие глаза и припухшие веки, а гнездо на головушке, не видевшее расчёски несколько дней, могло сразить наповал любого женишка. В криво собранном наспех кульке на макушке разве что вороны не поселились.
Царапки, оставленные терновником, начало саднить, я слегка поморщилась и покопалась в дорожной сумке, нащупав бутыль с настойкой, запах которой наверняка соблазнит предполагаемого наречённого. Соблазнит на кого-нибудь другого. Я сделала пару глотков и меня аж передёрнуло от крепости.
- Ну, бабка, будет вам всем! - Я последний раз шумно выдохнула, и, расправив плечи и полы драного платья, вышла на поиски смотрин. Долго бродить не пришлось. Событие-то, как оказалось, той ещё важности
Перед двустворчатыми воротами в один из небольших дворов толпилось целое стадо красавиц, разнаряженных в дорогие струящиеся шелка и жемчужные бусы. В сопровождении близких они внимательно вслушивались, когда, наконец, назовут их имя, чтобы сперва величаво прошествовать в столь желанный дом, а уже через несколько минут, рыдая, выбежать обратно. Моё внезапное появление, кажется, многим скрасило часы ожидания. Девушки язвительно перешёптывались на сэххишском, а я удовлетворённо улыбнулась. Не зря старалась.
- Ивейлиана из Наймара. - Голос надсмотрщика заставил меня содрогнуться. Я в очередной раз вызвала смешки, когда присела на корточки, чтобы покопаться в землице, организовывая аутентичную грязь под ногтями, и словно пудрой пыльными ладонями похлопывая лицо.
- Ивейлиана из Наймара. - Повторили из-за распахнувшихся ворот. Я, выпрямив спину, королевской походкой подошла к единственному стоящему там симпатичному темноволосому мужчине, на вид лет сорока, и разочарованно протянула:
- Староват наследничек. Понятно теперь, чего с невестой торопишься. Как давно прошлую со свету сжил?
- Что? - Опешил тот, открыв рот.
- Так это ты мой женишок? - Я обошла вокруг незнакомца и бесцеремонно ткнула пальцем в широкую, скрытую грубым кожаным доспехом грудь.
- Упаси Боги.
- Обещаю почти бескорыстно и преданно любить до гроба. Судя по вашему возрасту - не особенно долго. Ой, - я, пытаясь подойти поближе, споткнулась об выставленную вперёд ногу несчастного, падая по непонятной траектории, но мужчина меня ловко поймал под локоток, аккуратно оттолкнул и едва слышно прошипел: