***
Упуская душещипательную историю о том, как добиралась, потратив практически все сбережения, упущу и момент, мягко говоря, далеко не самой тёплой встречи с дорогими и горячо обожаемыми родственничками. Бабка перестала со мной общаться, хоть это и к лучшему, мать, при каждом появлении, жаловалась на горькую судьбинушку, безденежье и неоправданные в моём лице большие надежды, а отец... В общем, ничего не поменялось, если даже не стало гораздо хуже. Раньше настоящей отдушиной и спасением был лучший друг Лой, теперь же его место занимали грусть и тоска. Мне хотелось простить, поговорить по душам, вот только парень из Сэххиша так и не вернулся, отправив родителям весточку, в которой просил ожидать к началу учёбы в Академии. Дни тянулись мучительно медленно, вещи валились из рук, и я уже почти утонула в глубокой пучине апатии, как ближе к осени на пороге дома появился гонец.
- Ивейлиана Безродная? Вам письмо.
Я прищурилась, прикидывая, не надавать ли мальчишке тумаков.
- Я не безродная, понятно?!
- Тогда не вам. - Юнец развернулся, собираясь уходить, но я вцепилась в его одежду мёртвой хваткой.
- Вы Ивейлиана? - Спросил гонец снова, на его лбу выступила испарина. Он хаотично дёргался из стороны в сторону, параллельно пытаясь вежливо разжать мои пальцы.
- Я Ивейлиана.
- Безродная?
- Нет! - Вспылила я.
- Тогда это не вам! - Разозлился мальчишка.
- Это мне! - Я самовольно выхватила большой конверт из шершавой чёрной бумаги и выпроводила ещё потом долго колотившего в дверь гонца восвояси.
На сургучной серебряной печати красовалось изображение с двумя ажурными крылатыми змеями - в точности такими, что украшали небесно-синие флаги Сэххиша. Я всё никак не решалась заглянуть внутрь, явно предчувствуя неладное, ибо кроме сумасшедшего наречённого со смотров ничего меня со страной не связывало. Я нарочито медленно вскрыла конверт, выуживая письмо, перечитывая его раз за разом и никак не веря глазам. Меня? В качестве студентки? За выдающиеся способности? Зачислили в Гарнизон?
- Это ведь ошибка или чья-то неудачная шутка. Нет, нет, нет. Я ведь тупица и учиться не люблю. И денег у меня отродясь не водилось. - Я бросила ненавистные бумажки в пылающий очаг и заварила брусничный чай, к вечеру уже почти даже успокоившись и позабыв.
- Ивейлиана! - Бабка ввалилась в дом так неожиданно, что значило - жди большой беды.
- Никуда я не поеду! - Заорала я сходу.
- Поедешь, психическая. - Старуха была непреклонна.
- И кто же за мою учебу заплатил интересно?
- Я заплатила! - Карга от души огрела меня клюкой. - Готовь вещички.
- Опять? - Прошипела я недовольно. - Почему это всё так неправдоподобно звучит?! За какие это выдающиеся заслуги зачислили только?
- Поди ж знай. Уведомление пришло, оставалось лишь расходы покрыть.
- Не верю! - Взбунтовалась я и картинно сошвырнула на пол ни в чём не повинную посуду. Благо, деревянную.
- Ну вот и ладно, - старуха притворно вздохнула - раз учёба тебя не интересует, вот и хорошо. Будешь за бабушкой своей ухаживать, а то последнее время одно заболит, другое. Под присмотром оно всяко замечательно. Закончу вот дела в пару дней, глядишь, да перееду.
- Куда это вы, бабка, переезжать собрались? - Переспросила я, выпучив глаза аки болотная лягушка.
- А сюда, в комнатку твою, а то ж не в родительскую. Будем с утречка хозяйством заниматься, трудолюбие познавать, а вечерами болтать душевно о том да о сём...
После подобных угроз хватило и секунды, чтобы принять окончательное решение и за ночь упаковать всё необходимое, коего оказалось не так уж и много.
Довольная карга ушла, а мне расклад очень не понравился. Бабка, истории о скупости которой перерастали в сказки, да заплатила за Гарнизон? Тогда почему не Академия в Наймаре? Поближе ведь, подешевле.
Прям до ужаса обидно, что в ближайшие дни уже вернётся Лой, а я его так и не дождусь, не обниму и не попрощаюсь толком.
Хотелось заорать от какого-то внутреннего ощущения лжи вокруг, от отчаяния и бессилия. А что, если незнакомец второй раз свой шанс не упустит?
Кто-нибудь другой непременно бы обрадовался даже маленькой возможности учиться в Гарнизоне, но у меня снова в жизни всё шло через то самое известное место.
Второй раз провожали Ивейлиану Безродную скромно и тихо, стараясь лишний раз нигде не проболтаться, что было, в общем, тоже подозрительно. Разве не большая гордость - дочь, зачисленная в одну из лучших академий? Чем не повод для хвастовства?