Опасения Вильгельма, что англосаксы будут почитать Гарольда как мученика, оправдались. К его могиле в Уолтеме стали стекаться паломники, что — в условиях нормандского правления — причиняло каноникам значительные неудобства. В результате они стали всячески пропагандировать культ Святого Креста, рассчитывая переключить внимание паломников на эту реликвию. В 1120 году, в связи со строительством новой церкви, останки Гарольда были перенесены в более укромное место, где они с меньшей вероятностью могли стать предметом поклонения. Каноники-августинцы, к которым позднее перешла Уолтемская церковь, попытались изменить культ Гарольда таким образом, чтобы он не представлял опасности для нормандцев. Они облекли в литературную форму возникшую ранее легенду о том, что Гарольд на самом деле не погиб и, соответственно, не был похоронен в Уолтеме. Он якобы отправился в Данию и в Германию, ища союзников, чтобы вернуть себе трон, однако не преуспел и, смиренно приняв свою судьбу, отправился в паломничество во искупление нарушенной клятвы. Говорится также, что он закончил свои дни отшельником то ли в Честере838, то ли в Кентербери839. Упоминание в данном контексте Честера, как кажется, может намекать на связь между этим городом и другим Харальдом — сыном короля Гарольда и Алдиты. Алдита после битвы при Гастинсе нашла прибежище в Честере, и Харальд-младший родился там уже после смерти отца. Все эти истории свидетельствуют, что Гарольд стал героем народных преданий840, но они оказались полезным инструментом для того, чтобы не дать развиться его культу как мученика.
ГЛАВА 12
КОНЕЦ ДИНАСТИИ
Сыновья Гарольда появились неожиданно из Ирландии с флотом841.
Король Гарольд пал на поле боя в родном Суссексе, тела его братьев — эрлов Гюрта и Леофвине — и его верных хускерлов лежали рядом с ним. Победоносные завоеватели прошли огнем и мечом по всему Кенту, захватив Дувр и Кентербери; оба города покорились без сопротивления. Среди всеобщего смятения, вызванного поражением при Гастингсе, гибелью короля Гарольда и его братьев и огромными потерями в рядах англосаксонских воинов, выдержавших за год три жестокие битвы, Вильгельм практически беспрепятственно подошел к Лондону. Однако, несмотря на отчаянное положение, оставшиеся в живых представители высшей знати не собирались подчиняться и герцог напрасно потратил время, ожидая в Гастингсе английского посольства с изъявлениями покорности. Это лишний раз доказывает, что, вопреки заверениям Вильгельма из Пуатье, герцог Вильгельм вовсе не был законным наследником короля Эдуарда. Если бы англосаксонская знать признала его права в 1051 году, а Гарольд потом узурпировал власть, то англосаксам логично было бы принять Вильгельма как короля хотя бы после гибели Гарольда. Но вместо этого уцелевшие члены королевского совета, в том числе архиепископы Стиганд и Эалдред и эрлы Эдвин и Моркар, а также горожане Лондона избрали своим предводителем этелинга Эдгара. Они сделали это почти рефлекторно, и Эдгар, как представитель древней династии, являлся в большей степени символической фигурой842, но по крайней мере понятно, что они собирались драться. Сторонники Эдгара, в число которых входил, очевидно, и Ансгар Конюший, успешно удерживали мосты через Темзу против наступавшего нормандского войска, хотя к герцогу уже прибыли пополнения с континента. У них хватило сил, чтобы отстоять Лондон и вынудить Вильгельма идти дальше на запад в надежде пересечь Темзу в Уоллингфорде843.
Пока армия герцога с опаской продвигалась через Уэссекс, разоряя попадавшиеся на пути деревни и усадьбы, англосаксы обдумывали свои возможности. В Англосаксонской хронике говорится, что они хотели видеть своим королем этелинга Эдгара844, и северные эрлы были готовы за него сражаться. Однако после гибели Гарольда в Англии не осталось никого, кто мог взять на себя роль политического и военного лидера. Эдвин и Моркар были молоды и неопытны, а среди оставшихся в живых родичей Гарольда царил разброд. Судя по заявлением Вильгельма из Пуатье, идея избрания королем Эдгара принадлежала двум самым искушенным членам совета — архиепископам Стиганду и Эалдреду845. Возможно, они расценили гибель Гарольда как божественную кару за измену освященной веками древней королевской династии и попытались исправить положение. Несомненно, они надеялись таким образом сохранить свои позиции в королевстве. Но ни коронации, ни сражений не последовало846. Напротив, сопротивление катастрофически слабело.