— А вот и вода! — радостно распахнула она полог шатра, но увиденное ей совсем не понравилось. Ведьма лежала на кровати, глядя остекленевшим взглядом в потолок, она была одета во все белое и не подавала никаких признаков жизни.
— Твою ж мать!!! — в сердцах выругалась Лея, закрыла рот рукой и отвернулась. Зашедший вслед Данис оставил возле входа ведро воды и подошел к кровати, он поискал пульс на шее старушки и молча закрыл ей глаза.
— Я очень, очень надеюсь, что это последний твой фокус, старая ты карга! — заорала на нее Лея.
— Ну как так?! — уже плачущим голосом обратилась она к Данису, он подошел к Лее и обнял, девушка расплакалась и залила слезами рубашку на его груди.
Поздно ночью запылал ярко шатер ведьмы, одиноко стоявший на отшибе. Он сгорел дотла, и ветер унес его пепел в пустыню, кружил вихрями, словно помолодевшая ведьма танцевала напоследок свой веселый прощальный танец. Два человека молча наблюдали за пожарищем и когда на месте костра остался только пылающий квадрат ткани, а небо задергали первые лучи восходящего солнца, они вскочили на коней и ускакали прочь.
Глава 8.
Глава 8.
Лее нужно было время. Привыкнуть к новому образу спутника и научиться с этим жить. Насколько она чувствовала себя свободной со «старым» Данисом, настолько же оказалась скованной с «новым». Теперь они словно поменялись ролями, Лея больше молчала и слушала, в то время как Данис шутил и говорил без умолку. Теперь люди не шарахались от него, а наоборот, были заворожены статью и красотой. Лея чувствовала себя актрисой второго плана, а эта роль была для неё новой и навязанной. Данис не мог не заметить резкую перемену в девушке и старался не идти на штурм. Теперь у них вся жизнь впереди.
Они решили посетить столицу Алатинии Верну, на случай если им больше не доведется бывать в этих краях. Город бушевал красками, ароматами специй и смешением диалектов. Лея наконец немного пришла в себя и с восторгом ребенка рассматривала всё окружающее, глядя на нее радовался и Данис. Гуляя столичными улицами, они внимательно рассматривали архитектурные изыски, и молодой человек аккуратно взял руку Леи в свою. Девушка хоть и напряженно, но приняла это ухаживание. Вдруг как из-под земли перед ними возник господин в красивых одеждах.
— Приветствую вас в землях Алатинии! — произнес он с легким алатинским акцентом. — Я слуга госпожи Яшунэ Эльрэти, ниспошли ей Бог долгих и славных лет жизни. Моя госпожа просит вас сегодня отужинать в её доме, — его речь адресовалась Данису, по крайней мере он ни разу не взглянул на спутницу молодого человека.
— А почему именно мы удостоены этой чести? — полюбопытствовала Лея.
— Госпожа Эльрэти и господин Данис Лоредано давние приятели, — ответил он девушке и, повернувшись к ее спутнику, продолжил: — Она была удивлена, увидев вас на улицах города, так как давно считала вас погибшим. Но как же возрадовалось её сердце, когда она убедилась, что это вы.
— К сожалению, мы не можем остаться, нам нужно сегодня уезжать, — поспешил прервать его речь Данис.
— Уезжаем? — тихонько переспросила Лея.
— Боюсь, госпожа не примет ваш отказ, он разобьет ей сердце, и это событие будет довлеть над вашей совестью до самого момента пресечения границы Алатинии, — многозначительно намекнул слуга.
— В таком случае, мы с радостью примем радушное предложение госпожи Эльрэти, однако нам стоит зайти за кое-какими вещами на постоялый двор, где мы остановились, — с холодной учтивостью произнес Данис.
— В этом нет необходимости, все ваши вещи, включая лошадей, перенесены в дом госпожи Яшунэ. Прошу следовать к карете, — поклонился слуга Эльрэти. Лея удивленно посмотрела на обоих мужчин. Выглядело все это достаточно странно.
Меньше чем через полчаса их доставили к роскошному дому в самом сердце столицы. Вокруг него был разбит шикарный, буйно-зеленый сад. Гостей подвезли к самому входу. Не особо торопясь, молодая пара вошла внутрь. Их встретил богато украшенный мозаикой и позолотой зал, в центре которого плескался голубой водой фонтан.
— Даниииис! — навстречу им спешила прекрасная молодая девушка, с карими миндальными глазами, длиной россыпью темных вьющихся волос, пухлыми чувственными губами и тонким правильным носом. Она словно плыла по мозаичному полу, стройная и идеальная в каждом своем изгибе и округлости. Лея посмотрела на Даниса, его лицо не выражало симметричного восторга. Сейчас он больше походил на дворянина на очередном светском рауте. Яшунэ повисла у него на шее.