— Спасибо, что напомнил, — буркнула Лея.
— Лея, ребенок ты мой непослушный, — обнял и прижал к себе ее молодой человек. — Почему всегда, всегда у тебя своё решение и ответ, вернее ты уверенна, что только ты можешь решить что правильно, а что нет?
— Потому что я живая и имею дерзость думать.
— Пожалуйста, давай не будем расставаться в ссоре, — зарылся в прилично отросшие волосы Леи Данис, словно пытался надышаться ею перед разлукой.
Лее и самой не нравилось это молчание и, повернувшись, она со всей страстью набросилась на любимого, словно несколько дней копила силы для этой последней ночи.
Утром процессия очень медленно двинулась дальше вглубь леса. Где они остановятся, знал только ушедший отряд из десяти солдат и Данис с Миланом.
Влюбленные долго прощались, казалось, у них не было сил отстраниться друг от друга. Лея то и дело оборачивалась, постепенно фигуры провожавших скрылись за стволами деревьев.
По щекам девушки катились слезы.
— Да не плачьте вы, это же ненадолго, — утешал Лею бойкий, кудрявый, кареглазый мальчишка десяти лет.
Лея улыбнулась и потрепала его по голове.
— Ты прав, Николас, мы очень скоро увидим их всех, целыми и невредимыми, — повторила она как заклинание.
Колона двигалась медленно и часто делала привалы. К месту назначения они прибыли только к вечеру. Командование решило спрятать их на болотах, без хорошего проводника никто не смог бы добраться до повстанцев, а все хорошие проводники входили в их экспедицию.
— Разбиваем лагерь! — приказал высокий жилистый мужчина со строгими карими глазами.
Лея принялась со всеми расставлять шатры, подготовленные для этой миссии, затем раскрыли плат с огнем и принялись готовить ужин, потому что взятая готовая еда была уничтожена вечно голодным подрастающим поколением.
Убедившись, что все получили по миске похлебки и устроились с удобством, Лея тихонько отошла в сторонку в надежде полностью погрузиться в свои мысли и переживания. Из раздумий её вырвала миска, всученная ей перед самым носом, Лея подняла глаза и увидела озабоченный взгляд Николаса.
— Тебе нужно поесть, — настойчиво толкал он миску в руки девушки.
— Мне не хочется, — через силу улыбнулась девушка. — Знаешь что, съешь за меня, ты, наверное, проголодался за весь день.
— Нет, ты ничего не ела весь день и мало пила. А ты должна быть полной сил.
— Это кто такое тебе сказал? — приняла наконец миску Лея.
— Неважно. Я сам так решил.
— Ну раз так, тогда я обязательно поем, — Лея съела несколько ложек, для нее это больше походило на какое то механическое действо, потому что вкуса еды она не чувствовала, так же как и голода. Словно её действия не носили никакого смысла.
— Не могу больше, спасибо большое, — вернула она практически нетронутую тарелку Николасу.
Мальчик недовольно отошел, это явно не вписывалось в его планы. Затем он снова вернулся.
— Сядь, пожалуйста, ближе к огню, стало совсем холодно, да и ходят тут всякие.
— Кто ходит? — удивилась Лея, снова вынутая из своих раздумий.
— Ну как, гарпии бывают, болотники, пикси и огоньки.
— Гарпии, — задумчиво повторила Лея и послушно встала и прошла к полоске огня.
— Лея! Ты в порядке? — спросил высокий жилистый мужчина.
— Да, Ират, спасибо. Устала просто, — и она уставилась на бесконечный танец языков пламени.
Глава 17.
Глава 17.
— Где Лея? — спросил Ират.
— Не видала её с утра! — испугано оправдывалась Кларина, недавно познавшая счастье материнства.
— Она же в вашем шатре ночевала.
— Да, легла с нами, а утром постель пустая. Я думала она пошла завтрак готовить или по делам приспичило.
— Черт! Данис же предупреждал! Всем искать! — Ират был вне себя от гнева.
Изначально, Лея не планировала никакого побега, но, улегшись вечером в кровать, провела ночь словно на раскаленных углях.
«Плевать, плевать, плевать, что он там решил», — пронеслось в её голове под утро. Тихонечко выскользнув из шатра и прошмыгнув мимо задремавшего караула, она твердым шагом направилась в сторону основного лагеря. Через час пути она, благополучно оступившись, угодила в трясину.