— А так он учит их засовывать палочки себе в…
— Гарри! — встряла Гермиона, а остальные засмеялись.
— Во всяком случае, — продолжала Падма, — «Ежедневный пророк» написал, что были жертвы, но на самом деле никто не погиб. Пожиратели были слишком напуганы, чтобы с кем-то драться, а авроры боялись, что пострадают дети маглов. А потом кто-то запустил Тёмную метку — и Пожиратели скрылись.
— И никого не поймали? — теперь засомневался единственный мальчик в купе.
— Нет.
— Интересно, какой смысл в этом нападении? — протянула Гермиона.
— Мне кажется, старая гвардия веселилась, — Падма пожала плечами.
— Только когда Пожиратели смерти веселятся, остальным не до смеха, — заметила Брианна, и все с ней согласились. Потом заговорили на более приятные темы: в частности, друзья стали рассказывать индианке про летние семинары. Конечно, они ей про них писали, но без подробностей. Похоже, Драко Малфой всё-таки усвоил урок — за всю поездку он так и не появился.
* * *
Как только насквозь промокшие студенты вошли в Большой зал (потолок показывал настоящую бурю), Гарри немедленно посмотрел на преподавательский стол и увидел, что его тётя беседует с новым профессором. Жизнь с тем явно обошлась сурово — лицо исполосовано шрамами, из-под стола выглядывает деревянная нога, но в первую очередь взгляд останавливался на его глазах: один — обычный, а вот второй, очевидно, искусственный. Мало того, что он был круглым и ярко-голубым, так ещё и вращался во все стороны. Как только юный маг увидел этот глаз, сразу же понял, кто перед ним.
— Это же Грозный Глаз Грюм! — выпалил он, и только потом высушил свою одежду заклинанием.
— Аврор? — уточнила Гермиона, которая уже успела использовать эти чары на себе.
— Разве твоя тётя не говорила тебе, что наняла его преподавать? — поинтересовалась Падма, которая, увидев, что сделали друзья, достала палочку.
— Я её не спрашивал. Она была так занята подготовкой какого-то жутко тайного события, что шансов у меня не было. — Тем временем троица быстро заняла места за столом своего факультета.
Затем, как обычно, появилась цепочка первокурсников, шляпа спела песню, и началось распределение. Первый студент, Стюарт Акерли, отправился за стол Рейвенкло (Гарри и его друзья похлопали), а последний, Кевин Уитби — Хаффлпаффа.
— Профессор МакГонагалл встала, — заметила Гермиона. — Похоже, нас ждут новости.
И она оказалась права.
— Всем добро пожаловать. Прежде чем начнётся праздник, прослушайте несколько небольших объявлений. Во-первых, поприветствуйте профессора Грюма, который будет преподавать Защиту от Тёмных Искусств. Он — отставной аврор, и с тёмными искусствами знаком не понаслышке. Надеюсь, вы поладите. — Тот вяло махнул рукой, словно его это почти не касалось, но Гарри видел, что волшебный глаз явно оглядывает зал в поисках угрозы.
Внезапно директриса погрустнела.
— Во-вторых, в этом году Министерства магии трёх стран решили возродить Турнир Трёх Волшебников. Он пройдёт…
— Вы шутите! — раздались голоса из-за гриффиндорского стола. Близнецы Уизли — ну кто бы сомневался.
— …В Шармбатоне, — раздражённо закончила Минерва. — Пять баллов с Гриффиндора за то, что меня прервали. — Фред и Джордж обменялись разочарованными взглядами, но, тем не менее, выглядели довольными: наверняка обрадовались, что именно они первыми «отметились» в новом учебном году. Тем временем профессор немного рассказала о Турнире, особо подчеркнув, что эти соревнования очень опасны, и из-за многочисленных смертей в прошлом теперь действуют строгие ограничения по возрасту.
— Итак, в конце октября я буду сопровождать всех желающих студентов в возрасте семнадцати лет и старше в Шармбатон. — МакГонагалл взглянула на близнецов, но те не осмелились прерывать её снова. — В моё отсутствие обязанности директора будет выполнять профессор Флитвик. — Затем она вздохнула и подняла руки. — Пусть начнётся пир.
* * *
На следующее утро начались занятия, и надо было привыкать к новому расписанию. Для четвёртого курса Рейвенкло всё началось не слишком приятно — с Гербологии, на которой пришлось выдавливать гной бурбонтеров. Зато дальше их ждала Защита от Тёмных Искусств.
Картина маслом: профессор Грюм заходит в аудиторию, моментально выхватывает палочку, и луч летит в середину класса, попадая Майклу Корнеру точно в лоб. Гарри тут же узнал знакомое заклинание «пейнтбол» и теперь изо всех сил старался не рассмеяться, потому что одноклассник, тщетно пытаясь избавиться от краски, только как следует её размазал.