Славка сощурилась, подаваясь вперед, сложила руки на коленях.
— Ты снова давишь, Гор, — ответила она тихо, но твердо. — С психологом и седативными, если они мне понадобятся, я разберусь сама. Уж в этом, поверь, я разбираюсь лучше, и пределы свои тоже знаю. Я еще пока в состоянии отличить бред от реальности.
— Не рычи раздраженной лисой, — поднял я руки в примирительном жесте. — А то укушу, — Славка закатила глаза, фыркая. — Так сон или реальность, Слава?
— Сон, — кивнула она уверенно, почему-то опуская взгляд к трекеру. И хоть и звучали слова уверенно и Воронова не выглядела взволнованной, я все-таки уловил то мгновение, секундное колебание перед тем, как она ответила. Но пока предпочел не заострять на этом внимание. Сначала полная диагностика домашней сетки и поиск уязвимостей, потом выводы и все остальное. Дипфейк за последние пять лет все-таки развился достаточно, чтобы с помощью нескольких галографов творить почти чудеса. И пусть я параноик, возможно, обманываю себя, но я совершенно точно уверен, что окно на кухне было закрыто.
Расспросить бы Славку о том, как выглядел Дым, о том, как двигался и как звучал его голос, но… полагаю, что это будет почти бессмысленно и только лишний раз пройдется ей по нервам. Ночь, страх, тяжелый разговор — вряд ли ее голова оставалась холодной.
Камеры в квартире, что ли, поставить? И завести их не на Энджи, а отдельно?
Если повторится, так и сделаю, а пока это лишь один из вариантов.
За своими мыслями я не заметил, как прикончил завтрак, как закончила со своим Славка и убежала в душ, очнулся, когда она щелкнула перед моим лицом пальцами, почти полностью одетая. Брюки, рубашка, аккуратная коса.
— Ты задремал? — улыбнулась мягко. — Нам выходить через двадцать минут или опоздаем.
— Начальство не опаздывает, оно задерживается, — ответил, но на ноги все же поднялся и отправился в комнату.
— Госам это скажи, — донеслось в спину ехидное, — и Борисычу. Сегодня с утра митинг, о котором, надеюсь, ты помнишь.
Я чертыхнулся и действительно ускорился, в результате чего в переговорке мы оказались раньше всех, раньше даже самого гендира.
На самой встрече ничего интересно не было: все отчитались, всем прописали люлей, все после животворящего пендаля преисполнились феерического энтузиазма и через полтора часа дружно, зажав яйца в кулак, потянулись к выходу. Единственное, что, пожалуй, несколько выбивалось из привычной картины — слишком пристальное внимание Борисыча к Славке. Он ее почти не трогал, но взгляда задумчивого при этом не сводил все полтора часа. А когда встреча закончилась, зачем-то попросил меня остаться.
— Что со Славой, Гор? — спросил бигбосс, скидывая на спинку пиджак. Взгляд настороженный и упрямый. Я редко у него такой видел.
— Семейные неприятности, — попробовал отговориться я, невольно напрягаясь и в свою очередь внимательно наблюдая за начальством. Славка выглядела пусть и немного бледной, но в целом хорошо, была, как обычно, собранной и, как обычно, дергала за усы Знаменского, поэтому хмурая рожа Борисыча мне была непонятна. — Что-то случилось?
Гендир снял очки, откинулся в кресле, барабаня пальцами по столу. Теперь смотрел слегка щурясь, о чем-то явно раздумывал, принимал какое-то решение.
— Насколько серьезные неприятности? — все-таки спросил он, спустя несколько секунд молчания. — Они связаны с тобой? Или с чем-то еще? С нападением?
— Не с нападением и не со мной, — процедил в ответ, заводясь на пустом месте. Впервые за все время работы здесь я был готов рыкнуть на обычно более чем либерального Борисыча.
— А на первый вопрос? — свел начальник густые брови к переносице.
— На восемь из десяти, но мы с этим разберемся. Что за вопросы, Аркадий Борисович? — все во мне орало буквально, что сейчас будет какое-то дерьмо. Глобальное дерьмо.
— Славка делает ошибки, — генеральный нажал что-то на планшете и толкнул его ко мне. — Упускает детали и гоняет ненужные тесты. Смотри.
Я подтянул к себе гаджет и уставился на выгрузки.
Десять проектов, включая Ириту и Энджи, включая жедешников и прочую мелочовку. Десять зависших в системе срочняков. И действительно кривые выгрузки по всем, и правда бессмысленные тесты, битые данные, невыверенные. Я пробежался взглядом по строчкам снова, сверил даты, порылся в памяти, ругнулся себе под нос.
Чушь какая-то. Полная херня, на Воронову совершенно непохоже.
— Откуда это? — поднял я голову от планшета, всматриваясь во все такого же хмурого начальника. Закономерный вопрос, в общем-то, потому что Борисыч обычно в промежуточные варианты не лез, вообще в данные не лез и в нашу работу, только если мы сами ему ничего не приносили. А здесь… какой-то подозрительный интерес. И ладно Энджи и Ирита, но остальное… Там фигня, в основном, обновления и исправление костылей. Славка такие проекты с закрытыми глазами щелкает.