— Убери бухгалтерию, охрану и клининг.
Имен стало почти вдвое меньше.
— Убери всех, у кого нет доступа «Э плюс», — отдал новую команду и всмотрелся в экран почти до рези в глазах. Казалось, что время превратилось в растаявший на солнце пластилин и Энджи стала вдруг такой же медленной и неповоротливой, как первые боты Иннотек. Хотя на самом деле прошло не больше тридцати секунд. Спустя которые в таблице осталось всего двенадцать фамилий: Знаменский, Тарасов, Савельев, Элька, Рома из моих, Борисыч, несколько новеньких из воронят, Даша с Алисой и… Фирсов…
Фирсов, который собрал свои шмотки и отчалил еще в обед, чей чип должен был стать недействительным, как только в систему зашили данные о его «отпуске».
— Энджи, какой статус по Фирсову? — спросил, поднимаясь на ноги.
— В отпуске, — отозвалась ИИ.
— Когда данные были обновлены?
— Сегодня в три часа ночи, князь Игорь, — прокомментировала ровно машина, заставляя скрипнуть зубами и снова развернуться к экрану.
— Кто вносил?
— Елизавета Хомская.
Хомская — младший хиар, относительно недавно в Иннотек, почти нигде не отсвечивает и особенно нигде не косячит, если не ошибаюсь. По крайней мере, до нас ее косяки не долетают. А вот Фирсов — это действительно косяк. Я сильно сомневался, что Борисыч спустил «отпуск» Евгения на тормозах и не обсудил его с лидом хиаров, я сильно сомневался, что Ксения — тот самый лид — решила положить болт на приказ генерального.
Но проблема даже не в этом, проблема в том, что у Хомской вообще доступа нет к статусам сотрудников, она просто не может вносить изменения. Тогда, какого херна…
— Энджи, кто открыл доступ Хомской к базе? — задал очередной вопрос, готовясь отрывать головы. — И во сколько?
— Ксения Ристас, в пятнадцать минут второго.
— Когда доступ был закрыт? — не знаю, зачем спросил, ответ мне был известен и бесил неменьше, чем все то, что я уже успел услышать. Заставлял беситься все больше и больше.
— В два часа семнадцать минут, — то есть сразу после того, как «Фирсов» свалил из здания.
— Кто согласовывал со стороны службы безопасности? — скрипнул зубами.
— Запрос не ясен, команда не распознана.
Сука…
— Выгрузи видео выходов в промежутке между двумя и тремя часами ночи.
— Мне понадобится двадцать три минуты шестнадцать секунд на обработку запроса, — оповестила ИИ, выводя прогресс на экран.
А я схватил планшет, чтобы залезть в реестр. И снова заскрипел зубами: запрос от системы — вот, до безопасников дошел и был принят и согласован, а вот кем… непонятно. Просто нет данных.
— Ирита, — обратился я к все еще работающей системе, почти рыча, — продублируй информацию на носитель «F» и зачисть мой реестр и команды через полтора часа. Запусти проверку по запросу к базе, — я швырнул в Ириту чертовым запросом, — найди того, кто согласовал.
— Да, Игорь, — отозвалась спокойно машина.
Я засунул в карман смарт, забрал планшет и вылетел в коридор. Отправился к Тарасову: портить настроение и прописывать люлей животворящих.
В кабинете безопасник оказался не один: на диване развалился Ник, возле стола, склонившись к монитору Андрея замер Эдик, что-то старательно и убежденно доказывая высокому и все такому же до омерзения веселому начальству.
Ничего, это тошнотное выражение на его морде ненадолго.
Я хмуро оглядел честную компанию, втянул с шумом воздух, с удовольствием отмечая, как напряглись присутствующие, стоило мне появиться.
— Пошли вон, — прошипел, делая шаг в сторону, чтобы пропустить засуетившихся парней. Повторять дважды им не пришлось, дверь за моей спиной закрылась бесшумно секунд через тридцать, оставляя меня с Тарасовым в гулкой тишине.
— Гор? — Андрей сложил руки перед собой, под тонкой рубашкой напряглись плечи, в зеленых глазах мелькнул намек на настороженность.
Я молча положил перед ним планшет и остался стоять. Не был уверен, что сдержусь, если открою рот. У безопасника ушло меньше нескольких секунд на осознание причины моего появления в кабинете и «я-тебя-сейчас-придушу» выражения на роже.
— Не понимаю, — тряхнул головой Андрей. — Я не видел запросов от Ристас.
— Запрос был, — смахнул я страницу, открывая другую, — и доступ Хомской кто-то открыл и Фирсов, если судить по последней записи с его чипа, свалил из Иннотек только в пятнадцать минут третьего, хотя я собственными глазами видел, как он в обед садился в тачку. Мне продолжать?
— Нет, — скрипнул зубами Тарасов, — я начну проверку. — Бросил короткий взгляд на трекер. — Развернем Ристас и Хомскую или будем ждать до завтра?