— Я бы на твоем месте не был так уверен в том, что я протяну, — процедил Сашка, явно в этом со мной соглашаясь. — И ты не можешь всерьез считать, что…
— Саш, — перебил Игорь, — мы пока ничего не знаем наверняка. В последние несколько недель на Славу многое навалилось, — провел он устало рукой по волосам, а я сжала челюсти, подозревая, что услышу дальше, — по-хорошему ей надо было взять отпуск, Борисыч бы понял. А сейчас…
— Она никогда не косячит! — жахнул ладонями по столу мой зам, а я вцепилась пальцами в собственный стол. — Это отстранение какой-то фарс! Они уже неделю роются и пока ничего не нашли, так какого…
— Они не смотрели Энджи, — спокойно покачал головой Игорь. — Возможно, что-то есть там и…
— Только не говори, что считаешь, что Воронова могла… — процедил Савельев.
— Я допускаю такую вероятность, — развел Игорь в стороны руками, снова не давая моему заму договорить. — Мне действительно жаль, но Слава не робот и не железная, и здравый смысл говорит, что случиться могло всякое. Все ошибаются, Саш.
— В Энджи Слава точно бы не накосячила, если там что-то и есть, то это не она, а очередной Фирсов.
— Все косяки Фирсова мы нашли, — Гор поднялся на ноги, было видно, что разговор его утомляет, что он торопится его закончить. А я сидела, смотрела, слушала и не могла вдохнуть нормально. Гор не верил… Не верил в меня и… это было настолько больно, что хотелось выть. Ястреб сомневался… Скорее всего, именно поэтому торчал в офисе допоздна, поэтому был настолько уставшим — он проверял мою работу….
— Если проверка все-таки что-то найдет, — продолжил Игорь, — уверен, что случившееся станет достаточным объяснением.
— Госы и совет директоров могут с тобой не согласиться, — покачал головой Денис, наконец-то отмирая. — Если что-то всплывет, Славу могут и сместить, и Борисыч будет не указ, и Келер ничего сделать не сможет. А Воронова действительно не стальная. Последние пару недель была рассеянной и едва успевала… Она… Саш, — посмотрел он на Савельева, — ты сам говорил, что страховал Славу, сам говорил, что у вас стоят проекты.
— На это были причины, — упрямо поморщился Сашка. Он сейчас казался действительно растерянным и виноватым. Наверняка чувствовал вину за то, что поделился с Денисом, за то, что рассказал ему больше, чем следовало.
А я ждала, что Ястреб что-то скажет, объяснит, он ведь знал лучше всех, почему я тормозила с работой, почему висели некоторые проекты — он сам посадил меня дома, он сам приставил ко мне Бориса, он знал…
— Так, все, — поднялся на ноги Игорь. — Заканчиваем, я рассказал вам только для того, чтобы вы понимали распределение. Славе с понедельника доступ закроют полностью. А там будет видно…
— Госы учтут твое мнение, — начал Савельев, — просто скажи, что ты против, что мы можем разобраться и внутри, что сейчас неподходящее время. Оно ведь действительно неподходящее…
Игорь снова промолчал, только дернул плечом неопределенно и раздраженно, а мне как будто вогнали под кожу иглы, как будто кто-то намотал на кулак и дернул разом за все нервы, обрывая к чертям собачьим, во рту появился мерзкий привкус горечи.
И Савельев странно застыл и напрягся, а потом подался вперед, сощурив глаза.
— Значит так, да? — процедил Сашка сквозь зубы. — Вот как… Это ты потребовал проверку, да, Ястреб? Твоих рук дело? И теперь сидишь и говоришь, что мы должны продержаться, что Славка через неделю вернется и все будет окей.
Гор… Гор даже позы не изменил, только взгляд оставался упрямым и холодным, почти обжигающе-ледяным, только чуть дернулся в недоброй усмешке уголок губ.
А я смотрела на монитор и снова ждала ответа. Хоть какого-то ответа, любого, какой-то реакции, слов. Он ведь не мог, Сашка ведь не мог оказаться прав.
— Почему сейчас, Ястреб? Подвинуть ее хочешь, под себя подмять, чтобы работать не мешала и на все соглашалась? Полагаешь, ты тут такой первый? Славка не косячит!
— Вот и узнаем, — холодно ответил Игорь, а я перестала слушать, даже видеть перестала, просто сидела и пялилась в стеклянную стену на полупустой опен-спейс.
Ястреб организовал проверку, Ястреб ничего не спросил, не сказал, просто организовал проверку… Потому что не уверен, потому что считает, что я где-то действительно налажала… И всю эту неделю искал эту самую лажу.
Его холодность, виноватый взгляд, его нежелание со мной говорить теперь становились понятны.
К вопросу об отношениях на работе…
Я крутила в башке эту мысль снова и снова, пыталась понять, принять, как-то объяснить хотя бы самой себе, найти Гору оправдание, но не получалось… Только ком в горле становился все больше и больше. А потом снова перевела взгляд на монитор и с удивлением поняла, что переговорка опустела, а на часах половина десятого.