-Не подходите слишком близко, вас ещё не проверили.
Я сразу же узнала голос Алекса.
-Чумной доктор?
Парень кивнул, а я улыбнулась и спросила.
-Надеюсь, не из школьного склада утащил?
Под маской раздалось какое-то бульканье, потом я поняла, что это парень так посмеялся, если бы я в средние века услышала такое, точно бы обратилась к другому врачу. Дебора подозрительно покосилась на меня и откинула назад волосы, которые, к слову, были почти все в белых блёстках. Скорее всего, это была имитация воды, потому что смотрелось правдоподобно.
-Я просто боюсь воды, а если сирены не поймут, что я человек, то и тянуть туда не будут. – Девушка внезапно напряглась и с подозрением отклонилась от меня. - А ты случайно не та лошадка, которая топит людей? - После моего кивка она передёрнула плечами и строго отрезала: - Со мной не выйдет, я сирена и сама могу решить, когда мне пора на дно.
На это заявление Алекс хмыкнул сквозь маску, из-за чего было ощущение, как будто он изобразил проезжающий состав грузового поезда. Когда рука Деби была опасно близка к затылку Алекса - справа от нас, примерно в пяти метрах, кто-то активно начал разводить бурную деятельность. Даже продавцы мяса и амулетов были не такими активными. Как раз через них к нам двигалось нечто полностью в шерсти, на голове у него была шляпа с красными стеклянными шариками, видимо, задуманными, как глаза. Нечисть подошла к нам, отряхнулась от сиреневых цветочков и выругалась.
-Лимонные корки! Я что, летать тут должен?
В голосе я узнала Теда, хотя под этой лохматой шляпой это было трудно сделать, так как его кудри теперь были под ней и являлись чуть ли не единственной отличительной чертой парня, кроме его роста. Мы втроём застыли в неопределённом “э-э-э”, но Тед решил нам помочь и повернулся спиной. От того, что он был достаточно крепкого телосложения, повернуться ему пришлось не в пол оборота, а всем организмом. На спине я заметила (что было не трудно) довольно объёмные кусочки ткани такие же лохматые, как и весь костюм, напомнили они мне крылья большой шерстяной моли, и срочно захотелось их потрогать. Вместе с Деборой я дотронулась до них, а вот Алекс остался в стороне. Видимо он решил оставить это существо на медицинскую экспертизу, ну что ж, врачу лучше знать. Тем временем Тед повернулся к нам и представился:
-Человек-мотылёк. – Его лицо засветилось от радости, и мы тоже улыбнулись, не знаю, улыбался ли Алекс, возможно, он специально выбрал такой костюм, чтобы не смущать себя таким занятием, как улыбка. Но, несмотря на это, мы вчетвером вошли под импровизированную арку из фонариков-челюстей, никто не препирался, и даже Алекс шёл рядом с Деборой, когда обычно он выбирал идти между мной и другой стороной улицы.
На базаре как обычно была совсем другая атмосфера, тут никто ничего не продавал, хотя лавки были открыты, на свободной площади прямо в середине прохода толпились детишки - школьники в ярких одинаковых костюмах. Когда-то и я была такой, готовилась к выступлению вот тут, на площади в длинной юбке и яркой рубашке с рукавами воланами. Наш танец тогда показывал что-то вроде цветов, которые распускаются в ритм музыки. Тогда люди специально поднялись на вторые этажи своих лавок и смотрели с балконов на нас. Я помню, как поднимала голову наверх и в глазах кружились огни, небо, мои руки в ярко-оранжевой рубашке. Но костюмы этих детей были совсем другие - чёрные брюки, такие же кофты с длинными рукавами, которые почти доставали до пола. В руках девушки держали металлические шесты примерно со свой рост, над головами и вдоль улочки натянулись ленты с фонарями, и те и другие были разноцветными и очень яркими.
-Скоро начнётся Самайн. – я потащила Дебору за руку ближе к выступающим, чтобы посмотреть на танец целиком, а не из-за голов и шляп. До полуночи оставалось не больше получаса и уже первые зрители устраивались за нами. Внезапно мужчина, стоявший возле меня, поменялся с кем-то местами или вспомнил, что забыл купить бекона на улице, и на его место встал силуэт в птичьей маске. Он наклонился ко мне и пробубнел:
-Я предпахаю остапить их и попти к твоепу занкомопу.
Я сдержала смешок и, стараясь смотреть вперёд, чтобы Алекс не видел, как я криво улыбаюсь, спросила: