Я продолжила смотреть в пространство между домами, туда же куда и он.
-Мог бы просто сказать.
Нервный смешок с его стороны и вот мы уже смеемся, и это было бы довольно нормально, если бы ситуация не была такой странной. В любом случае, до сегодня никто из нас так и не вспомнил этот странный инцидент, да оно и к лучшему.
Тогда мы прождали Дебору несколько часов, пока нам не надоело, ну и пока мы не замёрзли на той лавке. Конечно же, моё пальто и вся спина Алекса остались в кусках задубевшей краски. Но его это мало интересовало, потому что он постоянно говорил о том, что мы должны поймать Дебору за руку. Что мы должны найти лабиринт, что должны сделать задание, которое теперь считалось невыполненным, мы всё-таки же не тот лабиринт нашли. Я силилась заставить парня показать его дом, но оказалось, что легче заставить Алекса выдумать сто причин, почему этого делать не надо. Мы уже дошли до базара, когда он стал и сказал, что дальше пойдёт сам, можно было, конечно, стоять там вместе с ним, но упёртость – его фишка, а не моя. На завтра парень чётко решил оставаться на месте около дома Деборы, я же не была уверена, что это делать стоит. Алекс просиял, когда мы в очередной раз шли ночью с такой слежки.
-Почему бы нам просто не забрать книгу раньше Деборы и всё?
-Слушай, я уже почти смирилась с тем, во что мы играем и что тут нельзя сохраняться, а теперь ты предлагаешь ещё и новый уровень пройти?
Алекс удивлённо уставился на меня, его округлые глаза через очки выглядели ещё более шаровидными и комичными.
-Ты что, во время запрета подсела на игры?
Конечно, за последнюю неделю ко мне несколько раз приходила Карина, мы вместе играли в случайные игры в интернете, столько смеяться было явно вредно для здоровья, но очень весело для остального организма в целом. А вот Дебора так и не пришла.
-В любом случае – перебил мои мысли Алекс – мы можем попробовать, да нет же, гуль его бери, мы должны попробовать - я снова увидела того Алекса, с которым мы спускались в домики монахов и этот мне нравился больше, хоть иногда и пугал.
-Мы должны попробовать вылететь из университета на первом курсе? – Я подняла руки вперёд ладонями. – Это без меня.
Алекс остановился около одного из фонарей и потянул меня за локоть, но не грубо, а будто снова собирался поцеловать, но вместо этого сказал.
-Ты считаешь, что лучшие историки во время своих исследований пользовались запретами? По-твоему, прежде чем засыпать солью призраков в доме на четвёртой улице, Валл Оппер спрашивал разрешение? А чтобы снять заколдованные замки на третьей улице в доме фокусника из Египта, Чейз Донэм ждала, пока их официально кто-то откроет? Или Джулия Флетчер ждала, пока его величество в бинтах осмотрит все колбы с маслами, прежде чем отдать ей тело склеенного муженька?
Он называл знаменитых историков, которые в своё время нашли первую и последнюю часть захороненного Осириса, мумия супруги которого (Изиды) долго терроризировала дома и лавку со специями в поисках своего мужа.
-Все они – продолжал парень – любили свою работу, подумай только, ты сможешь спуститься в древний храм, куда никто не входил уже больше шести сотен лет. Какие там могут быть загадки? Представь те древние стены, арки, туннели.
Алекс знал, на что надавить и я сдалась.
-Хорошо, мы заберём книгу.
Глава 12
Когда она была совсем подростком, то, конечно же, страдала от гиперболизированных ощущений, что многим было неприятно, а ей было неприятно в несколько раз сильнее. Когда можно было грустить, она впадала в состояние отрешённости, забывала мелкие поручения, не могла заснуть, потом не хотела просыпаться. Как это обычно бывает, такие состояния сменялись обратными - злостью. Конечно, как и каждая хорошо воспитанная дочь, пусть даже по большей мере воспитанная самой собой, она никогда не показывала своих метаний. А поэтому чаще всего родители считали её “какой-то не в меру спокойной”. Конечно же, старший брат был не такой. Его-то воспитывали. Да, он вырос правильным, потому что его вырастили, как какой-то гриб. О, ему даже выделили лучший пень, самую большую поляну, его поливали и удобряли, пока он раскрывал свою шляпку. Именно поэтому он знал, вернее – считал, что знает, как воспитывать младшую сестру. Но его до того примитивные методы вызывали только смех.