- Я доволен, что ты не полезла туда первой, мистер Эндрюс не любит таких показушников. – Она кивнула. – Также хорошо, что не ты полезла в блокнот сама, а значит, этот Алекс будет в первую очередь думать о твоей подруге, когда что-то пойдёт немного по-другому, как в прошлый раз. – Он кивнул в сторону сидевшей на стуле мамы, а та только раздражённо что-то пробурчала.
-Слушай – сказала она уже громче - мы рады, что у нас есть ты, мы рады, что хоть кто-то может справиться с этим заданием, мы любим тебя. А теперь давай спать, завтра обязательно расскажешь, что вы нашли.
Дебора заснула почти сразу, прокручивая разговор с мамой, то что, они с папой её любят. Только уже проваливаясь в глубокий сон, она вдруг подумала о том, что на наш университет приходится несколько профессоров на одну дисциплину, но она никогда не говорила родителям, что нашего профессора зовут мистер Эндрюс.
Самой не верилось, что мы делаем. Алекс гордо объяснял, как мы проберёмся в здание, как будто мы собрались в крестовый поход. Расположение пунктов досмотра он узнал заранее, видимо слежка не заканчивалась только домом Деборы. Мы договорились встретиться уже в закате в одном из мрачников через две улицы от моей. Одеваться следовало легко, потому что, если моё пальто зацепится за одну из угловатых деревянных ручек, никто не будет ждать, пока я разберусь с этим. Пришлось надеть чёрную куртку, она была совершенно лёгкой и добавила бы мне очки бесшумности, будь мы в одной из игр, за которыми я стала проводить время вместе со своей новой знакомой. Но сейчас я была одна, выскочить на улицу, пока родители спали – сделано, дальше дойти до одного из мрачников, чтобы тебя не видели – не уверенна, что на все сто процентов, но если меня увидела какая-нибудь уличная кошка, думаю, она не пожалуется. Дальше – ждать Алекса около домика-фонаря. Почти готово, до ближайшего оставалось пара домиков, тут фонарей было намного меньше, чем в нашем мрачнике. Не смотря на ещё по-летнему горячее солнце, которое только вот садилось, под тонкой кофтой и курткой не ощущалось ни миллиметра тёплой кожи. Я тяжело выдохнула, ожидая увидеть белый пар на фоне темнеющей улицы. Так обычно делают, когда хотят написать что-то на стекле в машине. Как я и ожидала, белый пар буквально завис возле моего лица. От холода становилось трудно дышать, ночь всё ближе подступала, а вокруг по всему мрачнику ещё не включили фонари. Неужели я попала в тот единственный, где их не включают, или они просто не работают. А прямо передо мной через всю улицу протянулась длинная цепь, в сером свете она качалась, еле заметно. Рассказывали нам про это в школе – один выпускник заранее знал, в каком мрачнике будет его экзамен и подвесил тут скрытые цепи, чтобы потом залезть по ним на крышу и оттуда добить нечистов снизу. Но что-то пошло не так, цепь никак не тянулась, а монстры подступали, у парня не было с собой почти никакого снаряжения, потому что он наделся на эту цепь. Он отчаянно использовал всё, что у него было – кидал соль, крапиву, пытался звенеть цепью, но это помогло только на время, а потом… Преподаватели чудом успели помочь ему. Когда Фойермен уже прижигал руку парня к цепи, включилось освещение. Парень почти стоял на коленях, его голова опасно клонилась вперёд вместе с туловищем, упасть ему не позволяла только одна деталь – сгоревшая до запястья рука намертво приклеилась к цепи. Говорят, тогда запах жареного человеческого мяса и кожи надолго избавил этот мрачник от проведения экзаменов, прямо на месте чёрная кожа оторвалась под весом мальчика, и он упал без сознания. Ему удалось выжить, но его обгорелая кисть так и осталась висеть на цепи, как напоминание каждому байстенду – ты не обязан знать, что тебя ждёт, но ты должен готовиться ко всему.
Я вытащила фонарик, направила его на цепь – сверху у крыши ничего, чуть ниже цепочка провисала и совсем низко, почти в метре над землёй, заканчивалась. Я упорно водила огоньком в поисках кисти, именно из-за такого детского любопытства и желания увидеть что-то страшное я и согласилась идти сегодня. Холод тем временем как будто выбивал жизнь из меня, моя собственная кисть дрожала от ледяного металла фонарика, а мышцы в запястье больно заныли. Ни в одну ночь не было ещё настолько холодно.
Включите свет, давайте, он должен работать.
Как будто за две секунды внезапно стало темно – я вышла на середину дороги и стала водить фонариком вокруг себя, пусть только попробуют напасть сзади. Такой ледяной мороз был совершенно ненормальным для ноября, даже ночного. Тут я увидела причину такого холода. Я не закричала, не убежала, а только смотрела вперёд, положив руку в карман с солью. Оно тоже смотрело на меня. Полупрозрачное, оно смотрело и плыло между двух красных домов. Но что-то было в нём не так – длинные волосы, округлое лицо, грубые черты лица и подобие чёрной куртки. Оно копировало меня полностью. Кулон на шее начал жечь, и призрак-двойник зашипел и остановился между красными кладками двух одинаковых домов. Он наклонил голову на бок неестественно сильно, на девяносто градусов. Потом его глаза раскрылись, рот вытянулся, и вокруг заскрипели лампы – одна за одной они включались, а призрак уходил во мрак, пока не исчез. Я обернулась назад и чуть не врезалась лбом в обгорелые пальцы, они только покачивались от ветра, но напугали меня сильнее, чем этот странный двойник.