В его руке теперь был четырехфутовый пластиковый воздушный шланг, который он стащил из черепашьего аквариума Лотти еще в гостинице.
- А теперь раздвинь ягодицы руками! - прорычал он следующий приказ.
На "шоколадный глаз" Сута было страшно смотреть; Джиффу пришлось подавить отвращение, и он догадался, что именно этот последний приступ убедил его в том, что он никогда больше не станет проделывать трюки с Джей-Джей Сутом.
"Ни за что, черт возьми. Это уже слишком..."
На мгновение он почувствовал искушение просто уйти, оставить деньги и сказать "доброго пути". Но его, по крайней мере, воспитали достаточно ценным, чтобы никогда не начинать работу, которую он не готов закончить.
"Просто сделай это. Надо покончить с этим и уйти".
Он осторожно ввел один конец пластиковой трубки в анус мужчины.
Другой конец он вставил в рот Сута.
- Соси у себя!
Сут застонал в эйфории от своего унижения.
- Я только что засунул целую кучу спермы в твою волосатую задницу, а теперь ты будешь ее высасывать! Вот так, девочка! ВЫСАСЫВАЙ МОЮ СПЕРМУ ИЗ СВОЕЙ ЗАДНИЦЫ!
Сут был вне себя от восторга; его щеки втянулись, когда он начал рисовать на трубке...
- И подрочи эту маленькую сосиску, пока делаешь это!
Пальцы Сута держали трубку у него во рту, а другая рука неистово мастурбировала. Кровать тут же начала содрогаться, но Джифф...
Джифф только поморщился.
"О, черт. Меня может вырвать..."
Он видел, как его сперма медленно движется по трубе.
Тем временем скромная эрекция Сута захлебывалась в паутине его руки.
Когда первые порции спермы достигли конца трубки, Джифф крикнул:
- Высасывай ее прямо в эту большую жирную хлебницу, где ей самое место!
Приращения исчезли, Сут сосал трубку, как ребенок соску. Джифф с ужасом наблюдал, как последняя порция его спермы попадает в рот Сута.
- Выпусти немного сока, Розанна! - крикнул Джифф в пах Суту.
Когда он отхаркивался от мастурбации, его клиент кряхтел, содрогался и кончал дрожащей струйкой.
- Любовь моя, я могу умереть...
С отвращением Джифф вытащил пластиковую трубку и бросил ее в мусорное ведро. Сут хмыкнул...
Фрик-шоу закончилось. Джифф добежал до раковины в ванной, намылил гениталии и смыл.
"Я просто не могу больше заниматься этим дерьмом".
Убедившись, что Сут не смотрит, он смахнул лишнюю воду с рук, испачкав затейливые обои. Он с радостью увидел, что к его возвращению Сут надел пушистый халат.
- Это было замечательно, - вздохнул Сут.
- Все, что тебя заводит.
Джифф неторопливо подошел к шкафу со спиртным. Он не собирался говорить мужчине, что это его последний трюк с ним.
- Не возражаешь, если я выпью?
- Что мое, то твое, любовь моя.
Джифф обвел глазами полки: Текила Asombroso, виски Macallan 30-летней выдержки, Johnny Walker Green.
"Черт, у него что, нет "Черного бархата"?"
Он налил себе дюйм чего-то и уселся с голой задницей на стул со спинкой в стиле Уильяма и Мэри.
Теперь, когда с его извращенными обязанностями было покончено, кошмар вернулся в его голову.
- Джифф, - сказал Сут. - Ты выглядишь безутешным.
Ликер крепко ударил его.
- А?
- Похоже, тебя что-то беспокоит...
- Плохой сон, вот и все. Я иногда вижу их - сам не знаю, почему, - ужасные образы, словно синяки, засели в его мозгу. - Мне снилось, что я был угольщиком во время войны.
- Кочегар, - поправил Сут. - В те дни это было официальное название работы. Кочегар. Они работали по шестнадцать часов в день за 14 долларов в месяц, - после оргазма Сут расслабился, а может, дело было в присутствии Джиффа. Это был разговор, а не безумный сексуальный сценарий. - Одним из факторов, способствовавших капитуляции Конфедерации была ее неспособность добывать уголь так же эффективно, как северяне. Ты, как я понимаю, был переносчиком угля Конфедерации?
Обнаженные грудные мышцы Джиффа выпятились, когда он потер лоб.
- Нет, и мне не платили четырнадцать баксов в месяц. Видишь ли, в этом сне я был чернокожим. Я был рабом.
Луковицеобразное лицо Сута скривилось от беспокойства.
- Ты выглядишь ужасно расстроенным, Джифф. Это был всего лишь сон. Но это интересно. Где ты работал?
- Что?
- Где ты разгребал этот уголь? На корабле снабжения? На локомотиве?
Джифф покачал головой.
- Большая печь, и я имею в виду очень большая.
Внимание Сута стало более пристальным.
- А откуда ты знаешь, что это было во время войны?
- Потому что там было полно гвардейцев Конфедерации, все ходили со штыками на винтовках. Все они называли меня черномазым и говорили, что мне конец, если я не буду продолжать работать лопатой. Куча других черных парней со мной делали то же самое. Казалось, что сон длится вечно: я кидаю одну лопату угля за другой. Было так жарко, что кожа покрывалась волдырями, - Джифф отпил еще дюйм виски и вздохнул. - Сколько себя помню, мне время от времени снятся странные сны, всегда во время войны, но каждый раз я кто-то другой, и это всегда ужасно.