- Рабство было ужасной вещью, Джифф.
- О, черт, я не об этом. По-настоящему ужасным было то, для чего они использовали эту печь.
- Плавили руду, я полагаю.
Джифф покачал головой.
- Там не было никакой руды, насколько я могу судить. Это было больше похоже на тюремный лагерь. Видишь ли, с одной стороны мы сгребали уголь в топливные желоба, а с другой стороны солдаты бросали людей в печь.
- Что?
- Да. Они приводили людей по несколько человек за раз; в основном женщин и детей, и большинство из них были голыми - видишь ли, они выходили из этих повозок снаружи. На некоторых еще была одежда, но вся она была в дерьме, блевотине и насекомых. Потом время от времени индейские парни приводили еще женщин, и каждый раз солдат давал им немного денег.
- Вознаграждение за доставку, - сказал Сут. - То же самое, что и плата. Помощники Гаста часто нанимали окрестных индейцев, чтобы те собирали мирных жителей, покинувших свои дома при наступлении войск Союза. Странно, что тебе приснилось что-то настолько точное.
- О, черт, но это еще не самое страшное, - продолжал Джифф, подавляя отвращение к спиртному. - Многие женщины, которых они привезли, были беременны, а дети тоже, совсем маленькие девочки, с огромными впалыми глазами на худых лицах, словно они не ели уже несколько недель. И солдаты просто скармливали их прямо в печь. Даже не задумываясь.
Сут замолчал.
- Младенцев тоже подбрасывали. Мы видели, что внутри огонь был таким жарким, что иногда человек, которого туда бросали, просто взрывался. Другие выглядели так, будто плавились. Как будто они превращались в пар.
Сут поднялся и принялся растирать плечи Джиффа.
- Ты позволяешь легендам брать над тобой верх. Подойди и приляг со мной...
Но Джифф уже не мог успокоиться.
- Наконец я упал. Я так ослаб, что не мог больше разгребать уголь, так что... так что...
- Что случилось?
- Солдаты бросили меня в печь...
Сут погладил Джиффа по лицу сзади.
- Это всего лишь легенда, Джифф, всего лишь легенда. Выбрось ее из головы.
- В том-то и дело, Джей-Джей, - сказал Джифф, - что это мой разум. Зачем, черт возьми, моему разуму подавать что-то столь мерзкое? И после того, как меня бросили туда, я просто продолжал гореть. Я видел, как дымится плоть на моем теле, но кошмар все не кончался. Наконец я проснулся и закричал от ужаса. И знаешь что? Примерно через минуту я услышал, как Лотти тоже кричит - ее спальня находится рядом с моей. Как же это хреново! Лотти не может говорить, она вообще не может издать ни звука. Но она тоже кричала, как будто ей самой снился кошмар. Господи, надеюсь, у нее не было такого же кошмара, как у меня.
- Мне жаль видеть тебя в таком затруднительном положении, Джифф, - Сут едва не расплакался. Это был первый раз, когда Джифф доверился ему, первый раз, когда он рассматривал Сута как нечто большее, чем просто клиента. - Оставайся со мной. Давай я приготовлю тебе завтрак.
"Черт, - подумал Джифф. - Что же я делаю?"
Он отмахнулся от этой мысли.
"Он прав, это был просто глупый сон, а я веду себя как ребенок из-за этого".
Он отстранился от клиента и начал одеваться. - Нет, мне пора. У меня есть работа в гостинице, - он прогнал оставшиеся фрагменты сна, но все равно почувствовал, что желудок закисает.
Сут снова уселся на кровать, с трудом понимая, что любовь всей его жизни уходит.
- Если тебя это утешит, Джифф, давным-давно я ночевал в вашей гостинице, когда мне перестилали крышу. Ты тогда был еще подростком. Но у меня тоже был кошмар, в чем-то похожий на твой.
Джифф сделал паузу, чтобы посмотреть на него.
- Мне снилось, что я генерал Конфедерации, который продал душу дьяволу, и первым человеком, которого я встретил после заключения договора, был Харвуд Гаст.
Джиффу показалось, что по его спине прошелся тарантул. Он не хотел ничего слышать о дьяволе. Но он должен был спросить:
- Джей-Джей? Ты думаешь, что место может вызывать кошмары из-за того, что происходило в нем в прошлом?
- Ну, это один из бесконечных слухов о доме Гаста, Джифф. Но на самом деле... нет. Я так не думаю.
- Надеюсь, что нет.