Колльер наблюдал за ней, не сводя глаз с отверстия.
Она держала в руке не кусок мыла, а баллончик с гелем для бритья "Эдж" Колльера. Ее палец выдавил несколько капель на участок волос, а затем она начала втирать его в густую белую пену.
"Она собирается побрить свой лобок", - пришло медленное признание.
Колльер был не против, но...
"Зачем брить свои интимные места в гребаной сидячей ванне времен Гражданской войны во время отключения электричества!"
Вслед за этим до его слуха донесся другой звук.
Скрип-скрип-скрип...
Но она пользовалась не одноразовой бритвой Колльера. Это была старомодная опасная бритва.
В течение следующих десяти минут руки и пальцы Доминик с особой тщательностью выполняли эту задачу. Шаг за шагом, среди пены сбривались темные интимные волосы, а когда их не осталось, бедра полностью погрузились в воду, всплыли, и бритва принялась за работу. На свежевыбритую кожу плеснули еще воды.
Затем она вылезла, раздвинула бедра прямо перед глазком и насухо вытерлась полотенцем.
Даже в свете свечей чистая, безволосая промежность, казалось, излучала свежую белизну, нежные половые губы и клитор наполовину скрывались в желобке.
"Что она делает... сейчас?"
Теперь ее пальцы заняло что-то другое - маленькая плоская коробочка, которую она быстро открыла.
Это была подводка для глаз.
Колльер больше не мог терпеть.
"Что она делает с подводкой для глаз после того, как только что побрила свою "киску"?!"
Затем...
Тук!
Снова включилось электричество; в комнате вспыхнул свет.
Разум вернулся. Колльер выскочил из спальни и свернул прямо в ванную.
- Доминик, какого черта ты...
Она стояла перед ним, опустив голову; она не заметила, как он вошел.
Но Колльер был слишком ошеломлен, увидев ее обнаженной. Все, что он мог делать, - это смотреть на нее с открытым ртом.
Яркий свет высвечивал каждую деталь ее изгибов и женственных черт: стройные ноги, широкие бедра, соединенные плоским белым животом. Пухлые белые груди торчали наружу, словно имплантаты. Всегда ли большие темные соски были такими набухшими, или чувствительная процедура бритья паха привела ее в возбужденное состояние?
И что она делала сейчас?
Двумя пальцами она взяла крошечную кисточку для подводки, мазнула ею по кругу темного макияжа, а затем очень аккуратно поставила одну-единственную крошечную точку на лобке, примерно на дюйм выше клитора.
Она уронила пластиковую коробку и посмотрела прямо на него.
Колльер - с комом в горле - понял, что это эффект.
"Бритый лобок? С одной крошечной родинкой над клитором?"
В его голове промелькнул дагерротип.
"Она сделала себя похожей на нее..."
- Кто вы? - спросила она, как будто сбитая с толку.
У Доминик не было южного акцента, но голос, вырвавшийся из ее уст, был таким.
- Я задала вам вопрос, сэр. Кто вы, черт возьми, такой, что стоите в моем доме без приглашения?
- Пойдем! - проворчал он и вытолкал ее из маленькой комнаты.
- Так нельзя обращаться с хозяйкой этого дома, и можете быть уверены...
- Заткнись и иди сюда!
Колльер втащил ее обратно в комнату.
- Мы убираемся отсюда... - он схватил ее одежду и впихнул ей в руки. - Надень это!
- Это не моя одежда, сэр! И если вы один из работников моего мужа, можете быть уверены, что он узнает об этом бесцеремонном вторжении! - она бросила одежду. - Более того, я собираюсь рассказать ему об этом прямо сейчас! И где же Джесса, черт бы ее побрал? Она впустила вас в дом?
Она пронеслась мимо него, поражая своей наготой. Ее груди подпрыгивали при каждом резком шаге, но когда ее рука опустилась на дверную ручку...
- О, Боже, ну вот... может, я поторопилась.
Она обернулась. Когда она прислонилась к двери и выпрямилась, ее обнаженная грудь стала еще больше.
"Святые угодники..."
Ее глаза сверлили его.
- И, если можно так выразиться, вы красивый мужчина. Мне жаль, что мы не встречались раньше. Вы один из бригадиров моего мужа?
Колльер мог бы прослезиться, если бы заставил себя отвести взгляд от ее великолепного тела.
- Доминик, нам пора уходить.
Она подняла изящный палец.
- Вы, должно быть, работаете на мистера Каттона, я права? - она произнесла "права" как "праваааа". - Или, возможно, вы работаете над ним. Должна сказать, он замечательный человек... - она медленно подошла к нему, ее невинное выражение лица сменилось лукавым. - Так скажите мне, сэр. Насколько вы чудесны? И каким образом?
Колльер вздрогнул, когда ее теплая рука скользнула по его халату и провела по груди. Ее прикосновение наэлектризовало его, и вот она уже целует его...