Теперь он мог видеть работающих людей. Белые бригадиры измеряли ширину колеи и отмечали следующую длину рельсового полотна, которое нужно было выкопать и засыпать балластом, затем сотня покрытых потом рабов, которые копали, забивали костыли или сбрасывали шпалы. Вооруженные охранники бдительно следили за всей площадкой.
- Вот и все, мистер Полтрок, - объявил Каттон и притормозил повозку. - Все, что вы видите, теперь в вашем ведении. Рад работать на вас.
"Вы работаете на меня, а я - на Гаста", - напомнил себе Полтрок.
- Спасибо, - в ушах зазвенело от ударов металла. -Должен сказать, что это, похоже, первоклассная команда, - внезапно почувствовал он воодушевление.
Может быть, работа все-таки не была невыполнимой? Операция шла как хорошо отлаженный механизм.
Повозка остановилась.
- Моррис - начальник бригады. Я попрошу его объявить перерыв, и тогда он сможет представить вас людям.
- Это будет в порядке вещей.
Они оба сошли с повозки. Никто даже не взглянул на него, когда они подошли к линии. Каждый человек, черный или белый, работал сосредоточенно и решительно.
А молоты, бьющие по костылям, продолжали стучать.
Когда Полтрок пересек черту, он замер. Внезапно он почувствовал, как желчь бурлит в его нутре...
Окинув взглядом поле, он увидел еще не менее трех десятков отрубленных голов на кольях.
- Чайный пакетик...
Молодой мужчина - конечно же, Джифф - попеременно напрягал и расслаблял свой пульсирующий живот. При каждом напряжении его яички поднимались, а при расслаблении опускались.
Они опускались в приоткрытый рот толстяка.
Джифф ловко устроился на лице толстяка, а сам толстяк лежал на кровати и дрожал, распахнув рубашку "Кристиан Диор" размера XXXL и стянув с себя шорты-бермуды.
- Чайный пакетик, - повторил Джифф, расслабив живот и спустив яйца.
В воображении Джиффа это был Том Круз из "Коктейля", который берет яйца в рот.
- Соси их, толстяк, - и Джифф схватил моток белых волос рядом с лысиной толстяка. - И поменьше трепи их языком, чтобы мне не пришлось шлепать по твоей жирной морде.
Язык отчаянно ласкал нижнюю часть яичек Джиффа, а упоминание о насилии только разжигало потребность толстяка. Затем Джифф вернулся к напряжению и расслаблению, напряжению и расслаблению...
- Чайный пакетик, чайный пакетик, чайный пакетик - да, я завариваю тебе чай, сучка.
Послеполуденное солнце освещало шикарную спальню толстяка; Джиффу показалось забавным, что за окном, этажом ниже, шумела оживленная улица Номер 1. Туристы совершали неспешные прогулки, а фанатики антиквариата рыскали по причудливым городским лавкам.
"И никто из них не догадается, что я здесь, наверху, чаевничаю с толстяком из книжного магазина".
Когда толстяк поднял руки, чтобы погладить задницу Джиффа, Джифф вытащил свои яйца изо рта парня и обхватил его щеки одной рукой, сильно сжав.
- Я разрешил тебе трогать мою задницу, девочка? А?
Он сжал сильнее, и толстяк покачал головой.
- Я должен был бы вытащить твою жирную девичью задницу прямо на улицу со спущенными штанами, чтобы каждый мог увидеть твой маленький трусливый член! А потом еще и нассать на тебя!
Теперь он сжимал так сильно, что на глазах толстяка выступили слезы, и...
"Господи, что за больной щенок", - подумал Джифф.
Перед огромным животом клиента вырос твердый пенис.
Он был не очень большим и на фоне всего этого жира казался совсем крошечным. Но это лишь напомнило Джиффу о странной психологии ситуации.
"Я говорю парню, что собираюсь на него помочиться, и он становится твердым?"
Джифф только покачал головой.
Концерт становился старым. Джиффу нужно было получить свою зарплату и убраться отсюда. Он опустился на мужчину ниже -
- Сейчас я буду трахать тебя в сиськи, большая девочка, - а затем схватил в горсть массивную грудь мужчины и начал месить ее, как тесто на пекарском столе. - Да, у тебя огромные жирные сиськи, они похожи на сиськи моей гребаной матери!
Грудь клиента была бледной, как воск, и почти безволосой, а соски действительно выглядели почти по-женски. Джифф сдвинул их вместе, чтобы образовалась впадина, а затем плюнул в расщелину.
Теперь в сознании Джиффа возник Вэл Килмер - в роли Бэтмена, только в данном случае Крестоносец засунул свой член по самые яйца в рот Джиффа. Этого образа было достаточно, чтобы вновь возбудить его, и теперь он принялся за работу, медленно двигая членом взад-вперед в слюнявой расщелине.
Вскоре его задница запульсировала. Латунная кровать раскачивалась. Когда Джифф поднял голову и увидел бархатный портрет Либераче, он чуть не потерял сознание. Он заставил себя думать напряженнее - Бэтмен уже снимал свой пояс и нагибал Джиффа...