- Да, но жаль, что она такая, какая есть. Не вписывается в окружающий мир, не умеет говорить и все такое, и, конечно, эта дурацкая ухмылка.
- Надеюсь, когда-нибудь она выйдет из своей скорлупы.
Джифф махнул рукой.
- Нет, это только добавит ей проблем. Лучше всего ей просто делать свою работу по дому и не высовываться.
"Бедная девочка обречена в этом доме мужланов..."
Но к этому времени Колльер заметил пышную блондинку у банкомата, и несколько мужчин в очереди тоже положили на нее глаз. Но когда Колльер посмотрел на Джиффа...
Тот, казалось, не замечал ее.
"Как и прошлой ночью в баре", - вспомнил Колльер.
Затем, очень быстро, он заметил верхнюю часть чека в его руке. ДЖОЗЕФАВИЦ-ДЖОРДЖ СУТ, - гласило имя вверху. "Местный автор", - подумал он.
Колльер надеялся, что сегодня встретится с ним. Он заметил, что чек выписан на тридцать долларов.
"Побочная работа", - вспомнил Колльер. Джифф уже упоминал, что он также является местным мастером.
Блондинка ушла, а Джифф подошел и протянул чек.
- Полагаю, вы заглянете в "Кушер" на обед?
- Собственно говоря, да. Я собираюсь написать о лагере в своей книге, и мне нужно, чтобы Доминик подписала форму разрешения.
Джифф ухмыльнулся через плечо и подмигнул.
- Это очень хорошее пиво, но знаете, мистер Колльер, моя мама иногда делает свой собственный пряный эль. Я уверен, что у нее еще много фруктов в погребе, и я вдвойне уверен, что она с удовольствием сделает и для вас.
"Он снова пытается свести меня со своей 65-летней матерью".
Колльер замялся в поисках ответа.
- О, правда? Это интересно. Мне нравится домашний эль.
Но, 65 лет ей или нет, он все еще помнил ее тело в глазке.
"Господи..."
А затем странное предположение, что миссис Батлер сама просверлила это отверстие...
- Ты можешь присоединиться ко мне за обедом, - добавил он, хотя бы для того, чтобы затушевать образ пышной груди с крупными сосками, сверкающей в мыле.
- Большое спасибо, мистер Колльер, но у меня еще есть несколько дел в городе, прежде чем я вернусь в дом, - он сверкнул последней ухмылкой. - Но желаю вам прекрасного дня.
- И тебе, Джифф.
Джифф ушел, насвистывая, как клише. Колльер вынул деньги из автомата и продолжил путь в город.
Заглянув в "Кушер", он увидел полный зал и полный бар.
"Черт. Надо занять место у бара, иначе я не смогу с ней поговорить..."
В обеденный перерыв народу было много, и он решил скоротать время, заглядывая в безделушки, туристические закоулки и музей Гражданской войны в Гасте. На углу он заметил книжный магазин.
"Пожалуй, стоит зайти туда и посмотреть, смогу ли я найти Джей-Джей Сута..."
Когда он протиснулся в дверь, зазвенел колокольчик. Это был небольшой, опрятный магазинчик, в котором было больше туристических пуговиц, рубашек и прочих безделушек, чем книг. Вокруг толпилось несколько покупателей, но ни один из них не мог быть Сутом. Джифф сказал, что ему около шестидесяти... Колльер зашел в проход и обнаружил, что он полон томов о Гражданской войне, в основном дорогих книг с картинками.
"Не мешало бы прикупить пару книг о Гасте", - сказал он себе.
Одна полка была заполнена до отказа книгами с одним и тем же названием: "ОТ ТРЁХ ДОРОГ ДО ГАСТА: МЕСТНАЯ ИСТОРИЯ".
"Автор - Джей-Джей Сут, но - ни за что!" - взбунтовался Колльер.
Уменьшенный твердый переплет стоил пятьдесят долларов. На другой книге, больше похожей на торговую брошюру, красовалось название: "ВОСТОЧНАЯ ЖЕЛЕЗНАЯ ДОРОГА ТЕННЕССИ И ДЖОРДЖИИ", тоже автор Сут. Такая же книга стояла на следующей полке: "ХАРВУД ГАСТ: БИОГРАФИЯ САМОЙ ЗЛОВЕЩЕЙ ФИГУРЫ ГОРОДА". Она была очень тонкой, но, скорее, так и должно быть, как подумал он, глядя на ценник в пять долларов. Издание было не очень качественным, а раздел с фотопластинками выглядел ксерокопированным, но, пролистав его, Колльер обнаружил несколько любопытных фотопластинок города 1850-х годов и вплоть до конца войны. Одна из пластин, изображающая самого Гаста, показалась Колльеру леденящей душу тем, что глаза объекта, казалось, горели сквозь нечеткое окружение фотографии. Хорошо одетый барон с бараньей шкурой выглядел точно так же, как на огромном портрете в доме. На другой фотопластинке было изображено прочное деревянное здание с надписью внизу: 1-й БАНК ГАСТА.
"Я только что был там", - подумал Колльер. Противоположный дагерротип был посвящен мистеру Уиндому Фекори. "УИНДОМУ ФЕКОРИ: НЕОДНОЗНАЧНОМУ БАНКОВСКОМУ СЛУЖАЩЕМУ ХАРВУДА ГАСТА".
"Что в нем может быть неоднозначного?" - с ухмылкой спросил Колльер, но чем больше он рассматривал снимок - жилистый, тонколицый мужчина с необычным носом, - тем более жутким ему казалось это изображение. На одной из удивительно четких фотопластинок была изображена миссис Пенелопа Гаст, элегантно стоящая у одной из колонн у входа в дом; она выглядела скромно и красиво в замысловатом бюстгальтере и корсете, напоминающем верхнюю часть платья. Декольте в топе с низким вырезом не могло быть более очевидным.