С такой поддержкой, с такими финансами и полным взаимопониманием, с такой свободой в поступках началась третья пятилетка. Это было вдохновение в тумане эйфории. По первому проекту у нас был штаб кураторов из ФСБ, проверенных и согласованных с нами. Человеческий фактор никто не отменял. Задача – собрать одиноких, вышедших в тираж по возрасту, здоровью и увечью, но классных на своем бывшем месте – врачей, летчиков, космонавтов, подводников, полевых сотрудников из всевозможных спецслужб. Особенно из бывших республик СССР, там патриотизм воспитался резко. Контингент поселили в интернате для ветеранов, созданным из бывшего санатория в пригороде. По каждому пациенту проводилась двойная бухгалтерия. По бумагам он проходил обследование и умирал от болезней и возраста, параллельно готовились документы на сироту, провинциального питомца детского дома из далекой глубинки, причем – не из одного места. Тонкости всей организации были не нашей прерогативой. Кесарю кесарево, слесарю слесарево (с).
Процесс приведения в тонус указанных пациентов был отработан. Ничего не мешало восстановлению организма нашей методикой, кроме времени. Деньги за лечение и учебу военных медиков нашему шаманству выплачивались аккуратно. Деньги шли по разным источникам и картину прямого расчета смазывали капитально. Дом престарелых инвалидов показали даже по телевизору как результат заботы о сотрудниках силовых ведомств, лист в лесу был спрятан профессионально.
Проект "Улей" разрабатывался с самого начала нашего движения. Наглость молодых разработчиков, – прагматичное, дешевое, удобное и при этом красивое жилье. То, как мы утверждали проект у главного архитектора города, вопрос другой и очень болезненный. Мы добились своего, на что ушли связи, деньги и время, а главное, энергия и напор наших разработчиков проекта. Они доказали каждый метр, каждый угол, каждую деталь, как очень необходимую. Особо пришлось попыхтеть по защите технологии строительства и свойствам материалов.
Получилось. Серо-зеленый дом (особенности материалов) из пеностеклокерамики в виде конуса вознесся ввысь на 22 этажа. Террасы получились из-за того, что несмотря на прочность материалов, мы, идя в высоту, сокращали нагрузку на поверхность. Вышло на одну плиту перекрытия меньше на каждом ярусе. Изначально вырытый котлован четыре на четыре сотни метров, натыкали сваями по самое не могу, и большую часть закрыли панелями перекрытия. После гидроизоляции и отсыпки черноземом сверху панелей перекрытия, получился сквер. Под сквером разместилась просторная подземная автостоянка. Остальная часть стройки выросла вверх. Здание было круглым, без балконов и наглухо вставленными окнами. Система центрального кондиционирования грела, остужала и вентилировала хорошо, а балконы мы считали мещанским излишеством. Полезный метраж квартир и встроенная мебель позволяли себя чувствовать уютно при любой величине жилплощади. Световоды для освещения, электрическая часть, люминофорные светильники, теплопанели, воздуховоды, все это помещалось в панели еще в цехе.
Внутри "Улья" тихо закопался на этаж вглубь и на пять этажей вверх – учебный центр. Центр числился за Министерством обороны, но был отдан на откуп нам, поскольку мы его содержали. Въезд в центр был подземный. Окна на улицу не выходили, внутри было помещение в помещении. Учебные классы, лаборатории симуляторов техники и отработки слаженности боевых действий были в кольце технической охраны. Пропуск показывался один раз на входе, остальное контролировали электронные замки. Охвачено было все, от тренажеров для тела, до тренажеров отработки стратегии и тактики. Часть тренажеров была в игровом варианте, но с взрослыми оценками. Все возможные варианты событий реализовывались в симуляторах.