Молодая же учительница вид имела крайне изумленный. Нет, не такого учителя истории она ожидала увидеть у себя в школе. Что ж, это выступление Гаттак готовил только для нее и, судя по всему, оно удалось. В ее глазах он теперь не типичный высший — он за права низших, он кормит детей, он видит несправедливость.
Все свои шаги и действия Гаттак просчитал заранее, и директорского гнева он определенно не боялся. Кто такой, по сути, директор школы? Ставленник, наемный работник, ни больше, ни меньше. Такой же, в сущности, как и сам Гаттак. Да, на его стороне связи в поселке, возможно, даже личные связи с клирикторатом. Но разве личные связи могут идти вразрез с постулатами, которые проповедует Бор? Гаттак так не думал, он все просчитал. Не побежит директор жаловаться. Ему звонил лично клирик-просветитель из Борограда (спасибо за это куратору Фарру). Позвонил, приказал, а директор поднял свой толстый зад и вприпрыжку побежал исполнять волю столичного чиновника. Гаттак знал, как будет вести себя с этим боровом уже через пять минут после знакомства с ним.
— Властвовать! — воскликнул Гаттак. — Именно властвовать, но не унижать! Ваше имя, преподаватель.
— Марселл, коллега, преподаватель географии.
— Рад знакомству, Марселл, — Гаттак чуть издевательски поклонился учителю. — Не соизволите ли вы попробовать пищу, которую ваши подопечные вкушают здесь ежедневно?
Учитель географии поднялся с места и взял свою тарелку, доверху наполненную деликатесами. Глядя в глаза Гаттаку, он медленно вышел из-за стола и направился к ученикам. При виде этого сухого долговязого высшего все ученики подобрались и вытянулись в струнку — видимо, из всех учителей этот отличался особой строгостью. Марселл медленно обвел взглядом учеников и выбрал себе жертву — маленького мальчика из младшей группы. Обменявшись с ним тарелками, учитель географии вернулся на свое место и принялся за еду. Гаттак был несколько удивлен — Марселл, не морщась, доел за учеником баланду.
Следом за учителем географии встали со своих мест и обменялись тарелками учительница младших классов Марша Фарр и учитель трудового воспитания Грегор Билл. «Счастливчики», которым достались преподавательские тарелки, все никак не могли осмелиться начать трапезу. Все сидели, пораженные происходящим, и чего-то ожидали. Гаттак же, видя такую нерешительность детей, понял: они не едят, потому что у остальных в тарелках все та же несъедобная гадость. Они боятся выделиться на фоне большинства. Парень знал, что дети могут быть жестокими, что коллектив может и не простить везунчиков. Недолго думая, он взялся переносить все блюда с преподавательского стола на столы учеников, вскоре ему начала помогать и Корра.
— А теперь, — торжественно подняв руки вверх, сказал Гаттак, — приступим к трапезе!
Дети колебались лишь пару секунд. Бесподобные по меркам низших яства были сметены с подносов за считанные мгновения. Дети набивали свои карманы белым хлебом, прятали за пазуху куски мяса и солонины, остальное же поедали с такой скоростью, с которой даже голодные бродячие псы не едят.
Гаттак наблюдал за этой картиной с легкой ухмылкой на лице. Когда дети уничтожили все припасы и уставились на него, он спокойно сказал:
— Надеюсь, вам понравился мой первый урок, — причем обращался он не столько к ученикам, сколько к преподавателям, и, в первую очередь, к директору Борову.
Раскрасневшийся от такой вопиющей наглости молодого учителя директор процедил сквозь зубы:
— Зайдите ко мне вечером, Гаттак. Нам стоит потолковать.
— Непременно, директор. Зайду, можете не сомневаться, — ответил Гаттак и вышел из трапезной.
Глава 13
Учитель — история
— Вы унизили меня перед всем преподавательским составом, но, самое главное, перед детьми! Не хотите объясниться, учитель Гаттак?
Директор Боров еще не остыл от своего гнева, и, казалось, готов был голыми руками разорвать Гаттака на части. Молодой учитель, закинув ногу на ногу, сидел в кресле посреди роскошного директорского кабинета и молчал, лишь легкая улыбка выражала его отношение к происходящему.
— Что все это значит, бес вас подери⁈ — грузный мужчина, тяжело дыша и брызгая слюной во все стороны, подскочил к Гаттаку, схватил того за ворот куртки, но тут же разжал пальцы. Он встретился с парнем лицом к лицу, и что-то во взгляде молодого учителя из столицы насторожило директора. Что-то еле уловимое, чуть заметное… Что-то опасное. Таким взглядом волк смотрит на свою будущую жертву, так изучает свою добычу орел, парящий в синеве неба. Взгляд Гаттака обжигал.