Приманку Гаттак выбрал наугад, просто прогуливаясь по местному стихийному рынку выходного дня. Торговля у продавца шкурками велась небойкая, мех да кожа были не по карману большинству из низших в поселке, чаще товары скорняка выменивали на что-то другое, высшим же почти никому сыромятные изделия и даром нужны не были. Высшие одевались по моде Борограда — в фабричное сукно, чаще всего в унифицированную форму, которая выдавалась на службе.
Скорняк этот жил охотой да редкими продажами меха на воротники и подкладки к клириковским сутанам. Простые же высшие из числа рабочих заводов и обогатительной фабрики и вовсе к скорняку заглядывали редко — так, шапку скроить или меховые варежки. Стало быть, если кто из преподавателей к скорняку обратится, рассуждал Гаттак, тот и есть искомый связной.
Сообщение свое Гаттак передал детям перед самыми выходными — хотел лично вычислить связного. Ну, а если на выходных ничего не произойдет, то следить за ним они с Коррой договорились по очереди на протяжении недели.
План был простым, Гаттак почти не сомневался в его эффективности. Естественно, никаким связным продавец шкурок не являлся, парень просто это придумал. Новость о появлении такого липового связного должна была, как минимум, насторожить подпольщиков. Любой факт контакта высшего из Борограда с кем-то, кто назвал себя связным с подпольем, однозначно должен быть проверен самими заговорщиками. Что за связной такой, чем живет, чем дышит, почему им заинтересовался историк и так далее. Как минимум, с ним должны были поговорить на отвлеченные темы. Этого для Гаттака было бы достаточно. Но это в теории, на практике же все вышло иначе.
Как и в прошлый раз, ночью школу никто из детей не покидал, что могло означать только одно — подброшенную Гаттаком информацию будет проверять именно крот из числа взрослых. Ранним субботним утром Гаттак как ни в чем не бывало вышел из школы и отправился на прогулку. Стояла чудесная весенняя погодка, небо было ясным, мороз чуть пощипывал нос и щеки, ветра почти не было. Дышалось легко и свободно. В такую погоду Гаттак даже в будние дни старался выбираться на свежий воздух, а выходные так и вовсе всегда проводил в поселке или в Пустоши. Далеко в лес, впрочем, не забирался. Так, бродил вдоль тракта, ведущего из поселка к штольням — пара километров туда, затем обратно. Там он собирал информацию: следил за передвижением патрулей клириков, фиксировал графики пассажирских и транспортных составов. Проводя же время в поселке, Гаттак тоже зря времени не терял — заводил новые знакомства, кутил в одном из трех баров или просто бродил по окрестностям, подмечая все необычное. Особый интерес у него вызывала объездная дорога, соединявшая шахты, обогатительные заводы и сортировочный железнодорожный узел. Прогуливаясь вдоль нее и считая пролетающий мимо груженый и порожний транспорт, Гаттак делал соответствующие выводы о загруженности обогатительного завода работой, о поставках готовой продукции к складам при сортировочной станции, а также о наращивании или спаде производства урана для электростанций и оборонки.
Этим утром за пределы поселка Гаттак выбираться не собирался, а потому оделся довольно легко. С первых же минут он заметил за собой слежку — из ветхого дома напротив школы вышли двое клириков в гражданской одежде и уже привычно проследовали за ним.
Пройдясь по своему обыкновению по центральной улице, Гаттак прикупил в газетном киоске свежий номер «Столичного вестника» и направился в маленькую питейную напротив стихийного рынка — идеальное место для слежки. Это заведение разведчик приметил давно, из него прекрасно просматривалась вся центральная площадь поселка, по выходным превращавшаяся в стихийный рынок. Постоянная точка скорняка из питейной видна была великолепно. Гаттак заказал варево, которое местные с уверенностью именовали чаем, поудобнее уселся у окна и приготовился к длительному ожиданию.