Я видела, как блестят от волнения ее глаза, и меня охватило смятение. Мисс Пембрук была первой, кто сообщил мне новость, которой я не знала, и это ей льстило. Я все же постаралась сохранить улыбку на губах и теплоту в голосе:
— Я ценю ваше беспокойство о мальчике, мисс Пембрук.
Сплетникам всегда свойственно делать из мухи слона. Скорее всего, ситуация была не настолько серьезной. Лучше всего дать понять мисс Пембрук, что она очень мне помогла и теперь может не думать об этом.
— Я немедленно разберусь в этой ситуации. Еще раз благодарю вас.
— Похоже, теперь у тебя появится такая возможность, — ответила она и кивнула кому-то позади меня.
Я обернулась. В мою сторону направлялся мистер Комсток. Его лицо было пунцовым от гнева. Мисс Пембрук исчезла в толпе.
Приготовившись к конфликту, я решила перехватить инициативу и заговорить первой:
— Как вам это прекрасное утро, мистер Комсток?
— Судя по всему, оно не такое прекрасное, как вам кажется. — Он остановился рядом со мной так резко, что едва не упал на землю.
— Мне очень жаль, — ответила я, все еще пытаясь быть приветливой, но почувствовала, как в животе у меня что-то сжалось.
— И правильно! — свирепо прорычал мистер Комсток, и у меня от страха перехватило дыхание. — Этот мальчишка, этот проклятый мальчишка!..
Мне захотелось убежать, спрятаться от его гнева, но, поступив подобным образом, я бы сдалась без боя. Я расправила плечи, выпрямила спину и вошла в роль управляющей приютом.
— Чем я могу вам помочь, мистер Комсток?
— Его не было дома почти до рассвета. До рассвета! А я должен был сидеть с впечатлительными девочками и объяснять им, где он шляется всю ночь. Этот кобель бегал по девкам! По крайней мере, надеюсь, что он не совершил более серьезных проступков!
Ох, Картер, как же ты мог?
— Мне очень жаль, мистер Комсток. Я убеждена, что вам следует с ним поговорить…
Лицо мистера Комстока побагровело, щеки надулись.
— Он никого не слушает! Я уже пытался. Одному Господу милосердному известно, как я пытался! Мне кажется, ему нужно поки…
— Погодите, — перебила я его, подняв ладони. — Что, если… если с ним поговорю я?
Картер должен был остаться у Комстоков. После того как он не смог ужиться с родным братом, терпение попечительского совета было на пределе. У Картера уже не было права на ошибку.
Мистер Комсток хмыкнул, обдумывая мое предложение.
— Мне нужно понять, действительно ли он услышал то, что вы сказали, убедиться в том, что он готов попытаться — действительно попытаться — ужиться в нашей семье, с нашими правилами.
— Конечно. Безусловно. Почему бы нам не собраться всем вместе — вам, вашей жене, Картеру и мне — и не поговорить обо всем? Когда вам будет удобно на этой неделе?
Похоже, гнев мистера Комстока утих. Он проворчал:
— В четверг после ужина.
Я почувствовала облегчение. По крайней мере, я успею и встретиться с человеком из Общества помощи детям, и разрубить этот узел с Картером.
И тут я увидела Блэйна, стремительно направлявшегося ко мне. Я поспешила закончить разговор с мистером Комстоком, чтобы они с Блэйном не столкнулись.
— Я верю, что мы сможем решить эту проблему наилучшим для всех образом, — сказала я.
Мистер Комсток поднял шляпу, пожелал мне хорошего дня и запрыгнул в свою повозку прежде, чем Блэйн наконец поравнялся со мной.
— Что случилось? — Его глубокий голос одновременно успокаивал и тревожил меня.
Я не могла ответить, не открыв ему правды. Я промолчала.
Блэйн взял меня за локоть.
— Ты бы сообщила мне, если бы у Картера возникли неприятности, верно?
Я кивнула и почувствовала угрызения совести. Я солгала.
Утром в понедельник я наконец-то облачилась в новую одежду. Под однобортным светло-зеленым пальто на мне была юбка в складку, гармонировавшая с верхней одеждой, — моя первая юбка, подобранная в тон пальто. Я собрала волосы на затылке и оглядела себя в маленькое зеркало.
Я выглядела очень солидно.
Затем я провела ладонью по лбу. Похожа ли я на мать? К сожалению, об этом я так никогда и не узнаю. Продолжая помнить темноту того места, его холод, зловоние, воскресить в памяти лицо своей матери я так и не смогла.
Возможно, это и к лучшему — я не знала. Мне было лишь известно, что меня спасли. И потому я должна делать все возможное для тех, кто живет сейчас под крышей нашего приюта. И хотя сумма, которую нам нужно было собрать, казалась огромной, для Бога не было ничего невозможного. Я видела, как Он помогал одиноким, обездоленным детям. Таким как я. И поэтому я отказывалась верить в то, что Он оставит нас в такую трудную минуту.