— К ним не нужно подбираться, — мотнул головой Детеринг, закуривая. — Я не идиот, чтобы просить вас о таких вещах Мне нужно другое... Да, вопрос довольно скользкий, имущественный. Но тут ведь дело такое: вы оперативник, пусть и бывший, с людьми разговаривать умеете, какие-то связи у вас, я уверен, сохранились. И к тому же учтите — не дай бог что, я вас прикрою. Либо вывезу куда подальше, либо надеру обидчикам задницу,
Криспин выхлебал свой стакан и уставился на Детеринга с глубокой задумчивостью во взгляде. Он прекрасно понимал, что отказаться от задания невозможно, но, как человек здравомыслящий, пытался оценить риски на самом раннем этапе. Верная оценка позволяла выторговать для себя те или иные условия.
— Что значит — имущественный вопрос? — спросил он наконец. — Возможно, кое-что я смогу рассказать вам прямо сейчас, не сходя с этого места.
— Ну, скажу сразу: я не ставлю перед собой задачи компрометации этого почтенного семейства. Соответственно, меня совершенно не интересуют деловые активы, контролируемые через подставных лиц или как-то еще. Это мне безразлично, я, слава богу, не в Финансовой Гвардии служу. Мне нужно другое, Бон... Мне нужны «норы», куда они могут залезать при случае того или иного шухера. Как это все обычно организовано? Маленькие отели, бордели, всякие курортные кемпы…
Кому принадлежит все это имущество — тоже хотелось бы знать, но главное — это контроль. «Нору», может держать какая угодно бабушка Сара, мне важно знать, что реальный собственник — Барикко.
— Если бы я продолжал работать в полиции, то от такого дела бежал со всех ног, — честно признался Криспин. — Но с вашей поддержкой, милорд, можно и попробовать. Давайте так: для начала я вам кое-что расскажу про Кассандану. Здесь родились и умерли мои предки, сам я достаточно долго работал в полиции, так что ситуацию знаю досконально. Кассандана сложна, милорд, здесь отношения бизнеса и общества складывались немного не так, как в соседних «старых мирах». Тут все перемешано: интересы аграриев, промышленников, транспортников, борьба за контроль над профсоюзами и финансовые потоки. Здесь нет и не было корпораций с узкой специализацией, у нас вообще правят семейные объединения, имеющие интересы в нескольких областях сразу. С одной стороны, это бережет нас от коррупции и беспредела мафии, как на Авроре, с другой же — препятствует развитию. Те же Барикко, контролирующие довольно заметные активы, могли бы добиться большего, но здесь все боятся торговых войн и, соответственно, профсоюзных деятелей, которые никогда не упустят своего. Почтеннейший Майкрофт Фарж, к примеру, очень неспроста ушел в профсоюзное движение еще в университетские годы, его готовили к этой карьере чуть ли не с детства.
— Обождите, Бон, — перебил его Детеринг. — Что значит «могли бы добиться большего»? Они сознательно ограничивают развитие своего бизнеса? Что это за идиотизм?! Никогда про такое не слышал!
— Это Кассандана, ваша милость! Криминал здесь прячут как можно глубже, от властей стараются держаться подальше. Респектабельность во всем — вот девиз столичных семей. Свои скелеты в шкафах они держат за семью замками. Пытаться давить на этих людей практически бесполезно, так что с планетарной прокуратурой они живут в мире и согласии. Но насчет ограничения бизнеса вы правы, к сожалению... Ходили слухи, что кое-кто уже откровенно говорит о тупике и скором банковском кризисе.
— Значит, они должны понимать, что стагнация ведет к развалу. — Йорг в задумчивости смочил губы вином и отставил свой стакан в сторону. — Какая интересная ситуация... Признаться, вы первый, от кого я слышу подобное. Мне казалось, что столичный бизнес развивается весьма динамично, даже не глядя на новые ограничения, вводимые Метрополией.
— «Большие семьи» умеют прятать свои горести, — хмыкнул Криспин. — Но я живу на улице, а не в сенатских коридорах, где все врут друг другу с утра до ночи. Улица, милорд, знает все на свете и видит дело без прикрас. Они зашли в тупик, они чувствуют это совершенно отчетливо и, наверное, ищут какие-то пути выхода. Возможно, им придется рисковать, но другого способа уже нет. Те же Барикко имеют немаленькую долю в «Трансбанк трейд», который — что уже не скрывается — захлебнулся в токсичных кредитах, и теперь для его спасения нужны большие средства. Откуда их взять? Обратиться за помощью в соответствующий сенатский комитет? Нет, Барикко на это не пойдут. Значит, им придется прокрутить что-то лихое.