Нина посмотрела на него широко открытыми глазами.
— Я не подумала об этом.
— Ответьте, пожалуйста, на мой вопрос: ведь мы с вами в цейтноте!
— Прямой, непосредственной опасности не может быть, — подумав, уверенно сказала Нина. — Если в гильзах и болезнетворные микробы, они, во-первых, не «в чистом виде», что ясно из всех рукописей дедушки; во-вторых, мало шансов их «оживить». Во всяком случае, это дело долгое и трудное…
— Ну, а надолго мы их не отдадим, — облегченно вздохнув, ответил Рязанов. — Надо рискнуть, иначе ничего и не придумаешь, — и повернулся к Пылаевой. — Ну, что ж, — беспечно произнес Рязанов, — теперь, Эвелина Марковна, продавайте сундучок… Да, да, продавайте, раз его хотят купить. А мы втроем посидим в спальне. Благодарю вас за содействие следственным органам: я не сомневаюсь, что оно будет полезным.
Старухе стоило больших усилий казаться спокойной. Когда раздался звонок в коридоре, она поднялась с дивана.
— Не выходите, — сказал Рязанов, — ему откроют без вас… — и ушел в спальню, прикрыв за собой дверь.
6
Время длилось невыносимо долго. Сардов с трудом заставил себя не волноваться и ждать. Но вот наконец в назначенный час он еще издали увидел Стася. Тот шел с тяжелым саквояжем в руке.
Сардов нажал кнопку передатчика:
— Не подходи ко мне. Все в порядке?
— Н-нет… Да-да…
— Говори яснее: что случилось?
— Старуха вела себя очень странно, точно она была не одна… Отдала сундук… Взяла деньги… А вместо расписки написала: «Нас подслушивают. За мной следят. Немедленно бегите…»
— О черт! Да не останавливайся же! Я иду за тобой… Как-нибудь незаметно передай мне металлические гильзы. Сундучок пусть остается у тебя…
— Нет, нет! — прервал Стась, который уже зашел за деревья и скрылся из виду. — Ты хочешь бросить меня? Это нечестно…
— О чем ты говоришь, дурак! — разозлился Сардов. — Я вовсе не собираюсь бросать тебя. Мы убежим вдвоем, но из города надо выехать поодиночке.
— Хорошо, тогда ампулы останутся пока у меня, — настаивал Стась.
— Послушай, а может быть, старуха провела тебя за нос, чтобы не давать расписки? — вдруг с надеждой спросил Сардов.
— Не думаю. Она даже не пересчитала деньги!
— Отдай ампулы, получи свою долю, а потом встретимся.
— Так не выйдет, — зло сказал Стась. — Уходить надо вдвоем. Сперва мне нужна жизнь, безопасность, а потом деньги!
Они долго спорили и переругивались. Поняв, что отделаться от Стася и заполучить ампулы не удастся, Сардов согласился на побег вдвоем. Воспользоваться поездом было опасно; пароходом — тоже; выехать на машине — дороги легко оцепить… Надо так, чтобы вокруг было мало людей.
— Встретимся в аэропорту, — решил Сардов.
Глава двенадцатая
Лицом к лицу
1
Они увиделись на перроне аэровокзала, но держались поодаль друг от друга, говорили по радио.
— Покупай билет в Адлер, — сказал Сардов. — В справочном бюро я узнал, что сейчас будет почтовый рейс и пассажиров пока нет. Груз — почта… За тобой не следят?
— Я уверен, что все в порядке, — веселым тоном ответил Стась с другого конца перрона. — Я же старая лиса, и меня не так просто провести!
Сардов облегченно вздохнул и снова включил передатчик:
— Бери билет!
— Иду, иду… — заискивающе произнес Стась.
2
— Производится посадка на самолет номер сорок пять — шестнадцать, следующий рейсом Ростов — Адлер, — объявил диктор.
В последнюю минуту Петушок куда-то задевался, — наверное, побежал в киоск «Союзпечати» за новой книгой, — и Андрей Шелест сам встретил пассажиров.
Первой в самолет вошла сухонькая подвижная старушка. Она деловито осмотрелась и заняла свободное место у окна.
Затем, осторожно ступая по трапу, поднялся высокий худой человек неопределенного возраста, с редкими колючками рыжеватых волос на макушке.
Третий пассажир производил внушительное впечатление: он был хорошо сложен, моложав, хотя бородка и усы заметно старили его лицо.
Четвертый… Андрей невольно подался вперед: это был переодетый Рязанов. Рязанов сделал предостерегающий жест, и Андрей не подал виду, что они знакомы.
Темно-карие глаза Рязанова были усталы и серьезны, на скулах виднелись тонкие лучики морщинок.
Последними в самолет «вкатились» два румяных толстяка и сразу наполнили веселым шумом пассажирскую кабину. Послав воздушные поцелуи двум полным блондинкам, стоявшим на перроне, они сразу же проглотили по таблетке «Аэрона», попросили у Серафима гигиенические пакеты и дважды осведомились у Шелеста, на какой высоте будут лететь. Легко было догадаться, что толстяки не отличались храбростью и собирались в небольшой полет до Адлера, как в кругосветное путешествие.