- Эй, ты что?! Я думала, мы просто друзья! - пролепетала я, неловко-скоро отодвинувшись, и принялась вновь искать глазами Мистера W, жалея о том, что сердилась на него.
- Нет, я с первой минуты нашего знакомства чувствовал себя не просто другом по отношению к тебе! - едва слышно отвечал парень, и ничего в нем не было от того самоуверенного и веселого юноши, каким он был до входа в это странное сооружение для экзамена (видно я чего-то не понимаю).
- Я знаю, что ты хочешь спросить... - перебил он меня, осторожно прикасаясь к щекам и буравя влюбленными глазами. - Это здание открывает нас такими, какие мы есть на самом деле, вот почему мы проходим тут испытание; везде можно всегда легко помнить о своей странности, кроме этих кабинетов, но тут мы забываем обо всем, и только избранные помнят и выращивают больше ее тут.
- Я уже проиграл! - продолжал он, смеясь и целуя меня опять, - Но какая разница, если эта минута откроет мои чувства к тебе....Время точно остановилось, хотя не в том смысле, в каком я испытала сегодня; и, казалось, не существовало ничего ни странного, ни обычного, только глаза Найджела напротив моих и синий от сумерек, как звездочками, усыпанный огнями город. Эта минута будто хотела быть вечной. Но что-то нарушило ее.
Озираюсь, как очнувшись от сна: «дзииинь!» - звонок на урок (или перемену). Перед нами возник Мистер W.Во взгляде его я заметила проскользнувшую тень нового, прежде невиданного выражения – ему было больно смотреть на происходящее и осознавать его (неужто он тоже любил меня? Даже боюсь думать – что, если это верно?..). Подобные рассуждения, туманом обволакивающие мою голову, прервались его грозным (с усилием сделанным) замечанием:
- Живо на перемену! Я пока выставлю оценки за первый вопрос… Алма останься тут, нам надо поговорить… Только… сейчас…Сказав это, он едва ли не за шкирку вытолкал паренька с кудрями за дверь и захлопнул ее, присовокупив раздраженный поток высказываний (они ругались?).Каюсь, я грешна страстью подслушивать и, как только кто-то с кем-то уединяется, мой слух автоматически старается уловить каждое слово беседы за дверью, а вдруг там обо мне? Как правило, так и было – обо мне сплетничали, на меня жаловались.Но сейчас случилось что-то новенькое – меня хвалили!
- Ты Алму береги, тебе повезло с ней! – каким-то едко-чудным тоном смело говорил учителю Найджел, видно действие магической комнаты еще не прошло и он высказал все сокровенное, не опасаясь последствий.
- Я буду с тобой откровенен, друг! – резко отвечал тот. – Мне не нравится, что ты забываешься, мне не нравится, что ты упустил последний шанс снова не остаться на второй год, да… и вообще!.. - Ты мне сегодня вообще никак не нравишься!!!
– Мистер W выдохнул и кликнул Кристи, чтобы она увела его к остальным детям.И тут… нет, не подумайте, я не преувеличиваю… Но я подумала, что давно знаю его и потому знаю, что все его ворчание – просто маска, подобной той, что он надевал на глаза, когда не надо использовать дары взгляда. И не прескверный у него характер, как могло почудится в первые секунды, а просто… Ой! Наверное, я тоже почувствовала притяжение к нему… А может, это просто льстящее самолюбию влияние на уши и рассудок разговор обо мне двух парней, в котором каждый ревнует меня к другому… Не знаю, любопытство и жажда новых впечатлений нахлынули с новой силой. Он сейчас со мной останется наедине!..
Однако он, держась старательно подальше от заветной двери, за руку бережно вывел меня из комнаты; и начал... (кто бы мог подумать?) банальная тираду про "не расстраивайся", еще есть время заработать оценку на других вопросах, пойдём к классу"; и ни слова о "эй, а что Вы тут делали одни?.. ". Точно Мистер W знал все и по мотиву, понятному одному ему, ничем из знаний не хотел делиться!
Я шла за ним, как сквозь туман... Вот показалась знакомая аудитория и дети, с замиранием ждущих оценок...И даже тут не было никаких обычных: "хорошо", "удовлетворительно". Вместо отметок им взглядом придавали силы или отнимали (те, благодаря которым появлялась странность). Этот ритуал сопровождался вспышками магического света, и я представляла себя в центре причудливого салюта.
- Найджел... - процедил юноша, дойдя до, очевидно, одного из самых нерадивых учеников, с сожалением и тоном опять отчаянно трещавшего последнего терпения, - Тебе не жаль странности, это я понял... Но я отвечаю за нее; ты и этого не понимаешь?..
Тут до меня дошло: сейчас будет что-то ужасное (остальные в тянули головы и затаили дыхание); Мистер W лишит его дара, нет, уничтожит, нет... Что ж страшнее может быть этого?..Ответ выступил из толпы детей в виде тщедушного хмурого мальчика в неясных... стеклянных перчатках.