Она закурила, вспоминая о необходимости как прежде улыбаться, с настроением общаться с постояльцами и так же деловито помешивать коктейли в баре, оставаясь такой же причудливой. "Играть на публику - однако размышляло нечто внутри - Этим уже не взбодриться".Нет, это что-то другое, более глубокое, от чего невозможно спрятаться. Рассеяно взгляд вновь забегал по буквам книги - обещающие быть увлекательными сюжеты ничем не оставались ни в мысли, ни в чувстве, как если бы это были просто пудинги на перекус, ими лакомишься, просто потому, что они есть."И так у меня во всем!" - с тоской обнаружила про себя Лиз, уже тяготясь чтивом и торопясь к концу, чтобы не тревожить совесть отсутствием уважения к труду автора. Она вдруг разобрала причину нахлынувшего мирка, в котором оказалась - все на свете ею прочувствовано.
Стремления, оптимизм, интерес, любовь и связанные с нею пустота после утраты, терзания, смирение с оттенком ностальгии...Сейчас - это словно чужое, давно прошедшее, просто жанр уже завершенной и прочитанной истории, или той, что в том иль ином варианте, но в сути всегда одной и той же, какие случались в "Кортезе", за его пределами."Возможно, это и не так плохо!.. Если все узнано, то... Надо быть благодарным - пережил, ознакомился, можно уже не переживать, достаточно привыкнуть..." - поглядев на часы, решила Лиз, неслышно удаляясь в темноту коридоров, унося с собой книгу - рано ли поздно сюжеты ее вспомнятся, быть может, полюбятся и захочется извлечь уроки, перечитать, так же и однажды прожитая история ей откроется новой...
Enjoy the silence (Наслаждайся тишиной) ("Зверополис") (по одноимённой песне Depeche Mode)
Я, задумчиво ставя на повтор любимую песню, гляжу на крошечное окошко, объявляющееся в списке контактов сайта «Твои друзья - зверята», самого популярного для огромного Зверополиса – мирка животных. Итак, она, некогда моя единственная любовь, онлайн. Непроизвольно рука тянется нажать на ее аватарку – посмотреть страничку, но останавливаю себя. Я уже проходил через все, что дает это простое действие – ревность, тоску, приятные вспоминания, снова тоска...Газелле снова вышла в сеть, чтобы быть не со мной, я уже привык. Заливая эту слабенькую самоуспокаивающе-отрезвляющую установку прослушиванием нескольких треков в списке аудиозаписей и полистав ленту новостей, выхожу из сайта, отмечая время ланча. Разогревая бургер, с тоской вспоминал сон, что приснился сегодня (она вновь мне снилась). Стал ждать и отталкивать эти сновидения одновременно, ведь сейчас это все равно, что положить мне перед носом зажаренную курочку, а потом, дав хлыстом по груди, унести. Мы вновь говорили по телефону, я копался в ее вещах за какой-то мелочью, подстегиваемый обещанием дать мне шанс. Потом пробуждение. Таймер на микроволновке пикнул, как бы командуя – «Хватит гоняться за снами, тебе пора на работу!».Я без аппетита проглотил скудный ланч и принял душ, процедил усы, набальзамировал шерсть и с дрожью ярости на пять минут, пока полирую зубы и когти, накинул бархатный броский халат, подаренный мне продюсером Газелле (теперь я его просто ненавижу). Закончив процедуру, я отвел душу, сорвав с себя его подарок так, что соседи внизу услышали, одел костюмчик, галстук-бабочку и вышел из дома. В квартале, где мне посчастливилось жить, полно магазинчиков, кинотеатров, парков, клубов, так что без дел не останешься, тем более, что в клубах я работаю. Там меня знают как Максимуса – самого красивого и брутального тигра. Принимая желаемое публикой выражение глаз, ухмыляюсь про себя: «Видели бы вы, как ваш любимец ревет в обнимку с плюшевым коала, слушая песню, под которую часто сидел под луной со своей любимой». Выполняя заученные движения потихоньку чувствую что-то, вроде успокоения, даже крохотного энтузиазма, краем ушей ловя похвалы босса; только начинал отходить от утреннего ада, как вдруг…Дверь клуба распахнулась и, изящно перебирая ножками, вошла она – Газелле, знаменитая певица Зверополиса и та, с которой я мечтал растить детей! Хорошо, что без продюсера, а то я бы набил ему морду за все. «Привет, Максимус» - с робкой улыбкой подошла она ко мне. Как последний дурак, невольно, точно впервые, любуюсь ее огромными темно-синими глазами, грациозными острыми рогами и челкой, ниспадающей на тонкий лобик, неужели я все еще влюблен в нее? Вопрос остается риторическим, так как меня тут же подхватывает рой догадок – у нее еще остались ко мне чувства? Она хочет поговорить? Мысленно опять возвожу внутренние мостики к ней, с усилием и осторожной, оттененной болью, радостью, но слышу: «Поработаешь сегодня в моей подтанцовке? Мы же не чужие друг другу?» - и ее красивый глаз кокетливо подмигнул. Разочарование вырывается со вздохом и приопустившимся хвостом – ну ясно, «ничего личного, просто бизнес». Последним словам ее я почти не верил.Когда зажегся проэктор ярко-малиного света на большой круглой площадке с возвышением, меня окружили молодцы в одних штанишках с пояском (те тигры были, как один, мускулистые и явно гордые собой), принявшиеся репетировать танец. Еще не скакал перед миллионами глаз полуобнаженный, ага! «Ну давай! Пожалуйста!» - донесся до меня певчий голосок Газелле. Я подчинился, все время обдумывая, что между нами было, есть и будет. Навязчиво лезла мелодия ее песни (раньше было лучше… или хуже… не знаю). Занавес, затаившийся за нами, открылся и с восторженным визгом, грохотом аплодисментов, она вышла к поклонникам. В каждом ее движении чувствовалось удовольствие от происходящего, некоторым она давала себя коснуться и охотно принимала от них драгоценности, цветы и сладости. Неужели это была она? Да это же просто безнравственно – мы расстались, а у нее вид, как ни в чем не бывало. Я очень хотел списать это на сценический образ и творческую вдохновленность, однако после того, как моя бывшая греза, образ которой с таким трудом храним в моем сердце, наклонилась к одному, другому типу, один из которых тоже был тигром, только холеным, в богатом костюме и с золотыми когтями, оскорбленность моя не знала границ – резко повернувшись и не взирая на изумленно-возмущенное шиканье и свист толпы, мои глаза поспешно устремились к темноте за кулисами.После выступления, Газелле недовольно смотрела на меня. Мысленно мои слова ей были одни: «Теперь мы квиты». Потеряв терпение, она фыркнула: «Подумаешь, капризный, что ты себе возомнил?».«Приятель…» - тепло пытался вступить со мной в диалог один из тигров. «Заткнись!» - рыкнул я ему так, что он остался с потешно открытым ртом. На миг меня это развлекло, но потом все сознание, как по кругу, вновь обратилось к той, что сейчас озабоченно перебирала подарки фанатов и накладывала косметику, я перестал улыбаться. Нужно было поговорить. Хотя, что нового узнаю? За месяцы теперь крайне редких и бедственно коротких ( а с некоторых, для меня теперь давних, пор прекратившихся) бесед с ней я выучил весь ее лексикон: «ок», «привет», «нормально». Этот скудный набор ответов на все мои вопросы и предложения, иногда прерывался нотациями и отчетом в виде песен и картинок, которые меня совершенно не интересуют – когда-то я пытался быть снисходительным к ее вкусам или даже полюбить их, теперь они меня утомляли. Погрузившись в свои мысли, едва отметил, как она достала айфон и увлеченно блеснули ее глаза. «Получает лайки и комплименты на «Твои друзья – зверята» - подсказал рассудок. Тянуло поговорить, как тянуло в снежную ночь мотылька к огню – знаю, что обожгусь, что лишь на миг будет хорошо просто от осознания, что она ответила, но…С этим многозначительным «но» - достаю дешевый телефон и судорожно захожу в контакты сайта. Она онлайн. Что написать? Да и не глупость ли это – писать, когда можно поговорить, глядя друг другу в глаза? Я достаточно сегодня увидел (глаза б мои не видели).«Привет, надеюсь, что у тебя все хорошо. Я стараюсь хранить тебя в сердце» - набираю и жду ответа. Что-то неподалеку – хлоп! Поднимаю голову – Газелле кладет свою платиновую электронную игрушку в чехол и с довольным видом идет пить кофе. Опускаю глаза на экран – прочитала, но не ответила. Сколько раз она так делала, и каждый раз я пробовал найти себя успокоить и оправдать ее, но сегодня, после того, что было на моих глазах!.. Просто абсолютное забвение всего! Всхлипываю и поспешно вытираю слезы (не хватало мне еще после всего унижений от ее тигров). Тут щелк – сообщение. Это она? Открываю – кого я обманываю, она давно забыла ко мне дорогу, даже виртуальную (хотя я у нее в друзьях)! Это морж Амадэус, мой старый хороший приятель, которому я неоднократно плакался в жилетку по поводу отношений с Газелле. «Ну как там Газелле?» - спрашивает он. Что ему ответить? «Грустно, что мы теперь не общаемся!» - набираю выученную придуманную тираду. «Все будет хорошо!» - посылает Амадэус, подкрепляя позитив смайликом в виде солнца. «Спасибо!» - искренне обнимаю его смайликом в виде счастливо тискающей лиса крольчихи (они, если не ошибаюсь, главные герои фильма про наш Зверополис).Еще поболтав с моржом, я вернулся в свою команду, оттачивая привычные номера для клуба, дав себе слово: «Ноги моей больше не будет возле Газелле». Но после рабочего дня, делая уборку, дернул меня черт открыть шкафчик с фотоальбомом. Как загипнотизированный, остановился на фотографиях, где