– Папа.
Тутусик стоял за забором и смотрел на Кораблева. Он был маленький, как куколка. На нем был коричневый комбинезон, перепачканный в земле. Он смотрел на Кораблева удивленно. Кораблев решительно открыл калитку и вошел во двор детского сада. Тутусик подошел к нему. Кораблев присел на корточки и взял его за руки. Руки были ледяные.
– А где твои перчатки?
– В садике оставил.
– Пойдем.
Кораблев взял Тутусика за руку и повел его в сторону садика. Они вошли в здание и свернули в раздевалку.
– Где твой шкаф?
Тутусик показал на один из шкафчиков. На каждой дверце была наклеена какая-нибудь картинка: машинка, зайчик, дерево. На дверце Тутусика был самолет.
– Папа, где ты был?
Кораблев открыл шкафчик и нашел тонкие тряпичные перчатки. Он начал надевать их на Тутусика. Он волнения он не мог сразу справиться с этой задачей. Крохотные пальчики все время норовили проскочить не туда, куда нужно.
– Папа, где ты был? – повторил Тутусик.
– У меня были дела, – сказал Кораблев.
– Ты ходил в разведку? – спросил мальчик.
– Да, вроде того.
– А меня возьмешь в разведку?
– Конечно. Мы вместе пойдем в разведку. Ты так хорошо стал разговаривать!
– Со мной мама занимается. Мы говорим разные слова и читаем.
– Мама молодец. А дядя Юра как, не обижает тебя?
– Какой дядя Юра?
– С которым вы живете.
– А, папа?
– Ты его тоже называешь папой?
Мальчик посмотрел на него.
– Он тоже мой папа, как и ты.
– Что вы здесь делаете?
В дверях стояла нянечка в белом халате. Это была молодая особа с лицом, на котором раз и навсегда застыло недовольство жизнью. Кораблев выпрямился.
– Я забираю моего сына.
– А Юрий Андреевич в курсе?
– Юрий Андреевич ему не отец. – Кораблев посмотрел на Тутусика. – Идем.
Нянечка сделала движение к двери, как будто собираясь перекрыть выход.
– Вы никуда его не уведете.
– Хотите проверить? – Кораблев посмотрел прямо ей в глаза. Нянечка отступила.
Кораблев и Тутусик направились к двери.
– Я вызову милицию, – сказала нянечка ему вслед.
– Вызывай, – разрешил Кораблев. Вместе с Тутусиком они вышли из сада.
Нянечка несколько секунд смотрела в окно, как они уходят, потом развернулась и побежала в кабинет заведующей, где был телефон. Номер, который ей был нужен, был в списке важных номеров, выписанных бисерным почерком заведующей на листочке. Сам листочек с телефонами лежал на столе под стеклом.
32
После того как Аня ушла, Пшеницын медленно сосчитал до ста. Этого было достаточно, чтобы Аня могла отойти подальше.
Он вышел из предбанника. На улице потихоньку темнело. В сумерках он не сразу заметил невысокого человека рядом с соседним сараем. Он почти прошел мимо, когда человек отделился от сарая и негромко окликнул его.
Пшеницын остановился, и человек подошел к нему ближе. Это был Алексей Зуев.
– Здравствуйте, – сказал Зуев. Его лицо было серьезным и сосредоточенным. Ему явно было что сказать.
– Ты? Мы тебя в розыск собирались объявлять.
– Я знаю, что вы здесь делали. С Трубниковой.
Пшеницын помолчал, обдумывая то, что только что услышал.
– И что?
– А то. Вас посадят.
– За что, интересно? За то, что я в бане попарился? Вроде это не запрещено.
– Вы там не парились. Я знаю, чем вы там занимались. А Аня, между прочим, школьница.
Пшеницын подошел к Зуеву ближе.
– Ане восемнадцать лет. Учи матчасть, дебил.
Зуев выдержал его взгляд.
– Я расскажу ее отцу и братьям. Они вас убьют.
Это была правда. Отец и два старших брата Трубниковой были охотниками. Добывали пушного зверя. Они, пожалуй, могли и убить.
– Что тебе нужно?
– Деньги.
– Сколько?
– Два миллиона.
– Что же не два миллиарда?
Зуев не ответил.
– Зачем тебе деньги?
– Не ваше дело.
– Ты хоть понимаешь, что ты сейчас сам под подозрением? Тебя могут обвинить в убийстве Нины Шаровой. И сейчас ты свою ситуацию усугубляешь.
– Я ее не убивал.
– Это надо доказать.
– Вот вы и докажите.
– Что?
– Что слышали. Если не хотите неприятностей, сделайте так, чтобы меня не подозревали.