— Опять монахи? — интересуюсь я, подозревая очередное нападение гомункулов.
— Монахи — фигня, хо-хо! Там Зела хотела порешить одного из своих, а Бер ей помешал. В итоге он сам отхватил. Я их связал, но решать, что с ними делать, тебе.
Я моргаю. Интересно, а с каких это пор у альвов внутривидовая грызня?
— Своего, значит? — уточняю.
— Ну, да. Какой-то Воитель. Говорят, если очухается, может полезть на тебя.
— Ага, Лакомка про него что-то рассказывала… Ну-ка, зови Бера и Зелу на разговор.
— Секунду, — Ледзор куда-то идет, и через пару мгновений раздается его голос: — Эй, голубчики! Граф на связи! — и тише добавляет уже для меня: — Всё, они слушают внимательно.
Я начинаю официальным тоном:
— Сударь и сударыня, слушайте внимательно. Ледзор вас сейчас развяжет. Но если ты, Зела, все же прирежешь Воителя, — спокойно продолжаю я, — то я, как единственный оставшийся кандидат на корону Королевства Золотой Полдень, изгоню вас обоих.
Бер тут же возмущается:
— Блин, а меня-то за что⁈ Я вообще-то пытался её остановить!
— За то, что свою возлюбленную не удержал. За своей женщиной надо следить и контролировать её поступки, — невозмутимо сообщаю я. — Её поступки на твоей ответственности.
Бер мрачно бурчит:
— Попробуй её контролировать…
Зела покорно роняет виноватым тоном:
— Я поняла, милорд… — голос девушки ломается. — Конунг-лорд Данила, больше я ничего не буду делать за вашей спиной. Обещаю.
Я киваю.
— Хорошо. Тогда продолжайте держать посты на Северной Обители. Ледзор, слышал меня?
— Да, сейчас их развяжу, — отзывается он.
Самолёт плавно садится на полосу в Невинском аэропорте. Как только шасси касаются земли, мы с блондинкой почти одновременно встаём — не терпится домой. Светка радостно толкает меня в бок:
— Готов к торжественной встрече, командир?
Я ухмыляюсь, первым спускаясь по трапу, и тут же замираю. На перроне собралась вся семья.
Камила с Леной машут руками, Лакомка сияет, держит люльку, из которой высунулся Олежек — малыш радостно машет ручками, а на его крохотной голове снова пробились рожки. Катя стоит рядом и улыбается. Чуть в стороне наблюдают тёща с Ненеей.
Жёны бросаются ко мне:
— Дорогой!
— Мелиндо!
— Даня!
Обнимания, поцелуи, по очереди. Лакомка подносит люльку, я целую сына в пухлые щёки — он заливается хихиканьем, и рожки тут же подрастают ещё на пару миллиметров. М-да, интересная у нас демонская наследственность.
Катя радостно бросается ко мне:
— Брат!
Ненея улыбается:
— Рада снова тебя видеть, дорогой родственник!
Мой взгляд скользит к её руке — на пальце сверкает обручальное кольцо.
— Взаимно, дорогая родственница, — улыбаюсь. — Ну, как там двигается ваша с князем свадьба?
Ненея мягко улыбается:
— Ты же знаешь Юрия Михайловича. Ему надо уладить все дела…
Я понимающе киваю. Да, Морозов давно мечтал о своей оборотнице-ирабиске, но у Красного Влада и Царя были на старого вдовца совсем другие планы. Уговорить их займёт время.
Обращаюсь к королеве Алире:
— Ваше Высочество, рад наконец предстать перед вами в своём настоящем облике!
Лакомка тут же подкалывает:
— Маме и прошлый очень даже пришелся по душе.
Алира слегка поджимает губы:
— Не говори глупостей, Люми. Да, милостивый зять, я рада, что тот облик был всего лишь астральной бронёй.
Броней? В принципе, верно. Я усмехаюсь:
— Тогда поехали домой.
Все вместе садимся в большой лимузин и отправляемся в Невский замок.
В дороге Камилла, поглаживая мою руку, сообщает:
— Даня, к свадьбе с Настей всё готово. Она ужасно скучает по нам, надо было забрать её с собой, когда мы в попыхах рванули в Невинск. Но, впрочем, это даже хорошо — осталась в Москве и лично следит за подготовкой. Я уже удалённо помогаю.
Я киваю, прикидывая планы:
— Отлично. Значит, скоро возвращаемся в Москву и празднуем свадьбу. Но сначала мне нужно ещё два дня, чтобы закончить с альвами.
Светка тут же загорается глазами:
— Думаешь, сам поучаствовать?
— Придётся, — вздыхаю и бросаю взгляд на Алиру. — Там нужно кое-кому доказать, что я достоин короны.
Речь, конечно, про Воителя. Алира, судя по нахмурившемуся лицу, принимает это на свой счёт.
Лакомка что-то мурлычет, прижимаясь ко мне.
Дом, семья, заботы. В привычный круговорот вписалась даже королевская политика. Но чего уж греха таить — мне это даже нравится.
Лена, сидя напротив и улыбаясь, наблюдает, как Камила и Лакомка уютно прижались ко мне. Она никогда не была жадиной. И лишь замечает: