Некромант бурчит что-то невнятное, но я уже не слушаю, просто «выключаю» его. Надо же, какой нудный.
Связываюсь через артефакт с Портаклом:
— Собираюсь назад.
Ответ раздаётся мгновенно:
— Щас, подготовку начинаю.
Ощущаю, как потоки энергии проникают в портальную статуэтку. Любопытно. Решаю снова перехватить их, направить через себя, использовать в свою пользу… Мир резко меняется. В следующее мгновение я оказываюсь прямо во дворе Невского замка.
Передо мной стоит ошарашенный Портакл.
— Ты опять⁈
Я хлопаю глазами.
— Что?
— Ты опять сам перенёсся! Как ты это сделал⁈
Я беспечно пожимаю плечами.
— Само как-то получилось…
И тут же делаю удивленное лицо.
— Слушай, а может, это из-за того, что статуэтка стала лучше работать?
— Тогда я ещё улучшу! — взрывается Портакл, чуть ли не вырывая у меня артефакт и уносясь в неизвестном направлении. — Она у меня так заработает, что я разгадаю твой чёртов парадокс, конунг!
Я усмехаюсь, наблюдая, как он исчезает за дверью. Такой простак, ей-богу. Ну, посмотрим, к чему это приведёт. В любом случае, улучшения — это хорошо.
Первым делом связываюсь со Студнем по мысленной речи:
— Слушай, когда «Тибет» приедут из Антарктики?
Ответ приходит почти мгновенно:
— Через час, по расписанию, шеф.
Я довольно киваю.
— Отлично, как только вернутся, мы снова с ними отправимся обратно.
Пора повидаться с Воителем.
Военная ставка царских войск, земли Годуновых
Полковник Зубко сидел в штабе, погружённый в ворох докладов, когда в палатку ворвался адъютант, лицо которого было перекошено от нервов.
— Ваше Превосходительство, это… Это…
— Говори уже, не заикайся! — рявкнул Зубко, швыряя карандаш на стол.
— Триста тварей всё-таки прорвались! Они обошли наш круг! Мы неправильно рассчитали обстрел, не накрыли их всех!
Полковник резко поднимается, хватается за голову, потом — за бороду.
— Чёрт!
И тут же его осеняет.
— А там же деревня! Как её… Вишенки⁈
Адъютант молча кивает.
— Как раз на пути этих тварей, а там люди остались! Что с деревней⁈ — Зубко нависает над столом, с тревогой глядя на карту.
Адъютант кашляет, явно подбирая слова.
— Ваше Превосходительство…
— Ну⁈
— Не успели.
Полковник чувствует, как по спине пробегает холодок.
— Что значит «не успели»⁈
— Но жертв нет!
Зубко моргает.
— Что⁈ Как это «нет жертв»⁈ Они не попали в деревню⁈
— Да…
— Почему⁈
Адъютант выпаливает разом:
— Не могу знать как, Ваше Превосходительство, но… на пути возникла нежить.
В палатке повисает тишина.
— Что ещё за нежить? Откуда ей взяться на полях?
— Кто-то её поднял, судя по всему, некромант.
— Кто конкретно⁈
— Без понятия, — разводит руками адъютант. — Но эта нежить уничтожила всех тварей ещё до того, как они дошли до деревни.
Полковник медленно опускается обратно на стул, барабанит пальцами по столу.
— И где эта нежить сейчас?
— Стоит. Охраняет жителей. Людей не трогает. Судя по всему, она запрограммирована кидаться только на тварей.
Зубко молчит, осмысливая услышанное. Кто-то спас деревню. Кто-то предотвратил катастрофу. Кто-то подстраховал их армию, когда они сами облажались с расчётами.
Он фыркает, потирает виски и, наконец, вздыхает с облегчением.
— Ну что ж… Оформляем отчёт. Похоже, кто-то нам оказал услугу. Надо бы разобраться, что за некромант и откуда он взялся…
И мысленно благодарит неизвестного мага. Потому что иначе пришлось бы писать рапорт, объяснительные… А там и до разжалования недалеко, если не хуже — головы с плеч покатились бы. Царь, как известно, терпеть не может, когда гражданское население страдает по вине военных.
Направляюсь к себе в кабинет, опускаюсь в кресло, откидываюсь на спинку, надеясь помедитировать до отъезда. Но не тут-то было. В воздухе шевелится тень, из стены выскальзывает Змейка.
Горгона замедляет шаг, принюхивается, щурит жёлтые змеиные глаза.
— Где быррр, мазака? Пахнет мяса и кррровью, фака!
Лениво приоткрываю один глаз, без тени смущения отвечаю:
— Это я просто мимо мясной лавки проходил, милая.
Ох, ещё бы сказать правду… А то ещё обидится, что на бойню её не взял.
Змейка подозрительно замирает, но спорить не спешит. Просто бросает долгий взгляд, затем из ниоткуда в её руке оказывается кружка кофе, которую она молча ставит передо мной.
— Спасибо, Змейка.
Она тихо фыркает, словно наматывая что-то на ус… точнее, на змей, после чего исчезает в тени.