Айра делает безразличное лицо.
— Не волнуйтесь, — говорит ровно. — Я не только вернусь вовремя, но выиграю Гон.
Зодр кивает с ухмылкой.
— Очень самонадеянно. Что ж, посмотрим.
Когда Айра уезжает, он медленно разворачивается к своим людям. Глаза прищурены, голос тихий, но ледяной.
— Езжайте за ней. Засаду устроите где-нибудь возле пограничной деревни. Когда принцесса будет возвращаться со свадьбы этого менталиста… встретьте её. И позаботьтесь, чтобы я больше не видел её смазливого личика.
Приспешники понимающе переглядываются и уходят седлать шестилапок.
Правый фланг восточной орды гулей, Междуречье
Мастер второго ранга Рубилов вывел сотню своих людей в лес, и джипы мягко качнулись, оседая на неровной почве. Маги в тёмных боевых мундирах один за другим выскакивали из машин, на ходу облачаясь в магические доспехи.
Вдалеке раздавались истошные вопли тварей. Где-то правее уже методично зачищали гулей, и, судя по крикам, делали это с особым усердием. Мальчишка-телепат, оказывается, разошелся.
Но Рубилова это не заботило.
В его распоряжении было сто магов — отборных бойцов из трёх знатных боярских родов: Хлестаковых, Шереметьевых и Годуновых. Эти люди не были уличной швалью или солдатами в первом поколении. Нет, это была элита, воспитанная с рождения для войны, заговорённая и укреплённая знаниями своих родов. Люди, которых не взять дешёвыми трюками.
Граф Данила не имел против них ни единого шанса. Особенно если ударить ему в спину.
Приказ был ясен: двигаться на правый фланг, встретить «дорогого графа» и, разумеется, оказать ему «помощь».
Рубилов чувствовал, что сегодня будет весело. Правда, он любил растягивать удовольствие, но сейчас не тот случай. Данилу надо было убрать быстро, без церемоний. Он мог быть опасен, в конце концов, это телепат.
Разведка передала нечёткие, плохо снятые фотографии. На них угадывались смутные фигуры — тёмные, покрытые тенями, с рогами. Может, это просто вычурная экипировка… но что-то в этом казалось неправильным. И Рубилов не собирался рисковать. Первым делом следовало убрать Данилу. А потом… потом можно будет заняться его женой.
Информация была точной: блондинка находилась неподалёку.
Рубилов лениво скользнул взглядом по своему «соратнику» — тому самому человеку, с которым он не раз делал свои «любимые» дела.
— Ты же просёк, где находится блондинка?
Тот ухмыльнулся, глаза блеснули сальной самоуверенностью.
— Да, конечно, босс.
Рубилов удовлетворённо кивнул.
— Как только телепат сдохнет, выцепим её.
Он говорил спокойно, словно обсуждал план выгула собак.
— Сейчас вся его гвардия занята ордой и спасением своих шкур, они не смогут ее защищать. Думаю, выбить девчонку не составит труда.
Он облизнул губы, зрачки сузились от предвкушения.
— А там уже посмотрим, как с ней развлечься.
Но в этот момент Рубилов заметил, как над лесом пролетел Золотой Дракон. Вспышка пламени осветила ночное небо, дальние деревья вспыхнули, словно сухие факелы, а гули завыли и рванулись прочь от огня.
Рубилов побледнел.
— Отойдём в сторону, — выдавил он, стараясь, чтобы голос не дрожал. Его бойцы переглянулись, но без слов подчинились. Этот зверь впечатлял. Огнедышащий, гигантский, неуправляемый. Лучше не убивать графа при нём, а подождать, когда отлетит подальше.
Но отходить оказалось ошибкой. Стоило им двинуться, как впереди, прямо из тени, появилось нечто не менее страшное, чем Дракон. Огромный пёс.
Не просто собака. Пёс. С большой буквы. Выше коровы, массивный, с окровавленными челюстями, он вышел из мрака, двигаясь медленно, но с непоколебимым превосходством. Рубилова пробрало холодом, но это было только начало.
За Псом двигались тени. Нет… не тени. Демоны. Из тьмы вышли гиганты, покрытые эбонитовой чешуёй, рогатые, с жуткими, нечеловеческими силуэтами. Их ауры давили, будто сама ночь начала сгущаться вокруг.
Рубилов узнал их. Тени на мутных снимках и в половину не передавали того ужаса, что стоял перед ним сейчас. И впереди, во главе этой кошмарной свиты, двигался самый крупный из них. Он шагал неторопливо, его рогатая голова чуть склонилась, будто он изучал, играл. Он смотрел прямо на Рубилова.
— Это кошмар… — кто-то прошептал, но голос утонул в гробовой тишине.
Пёс зарычал. Звук прошёлся по земле ударной волной, сотрясая воздух, вдавливая людей в землю. Джипы вздрогнули, в воздухе затрещали ветки.