— Логичная рокировка, — киваю.
Замечаю, как Зела расцветает: похвалу явно приняла на свой счёт. Бер, кстати, тоже гордо расправляет плечи. Тоже на себя примерил, что ли?
— Только вот сомневаюсь, что Феанору там самое место, — добавляю. — Съезжу, проведаю. Посмотрю, как справляются.
Бер тут же встаёт, оживляется:
— Я с тобой, Данила. Я уже отлично вожу ваши повозки!
— Они называются автомобили, — замечаю.
— Да хоть повозкоциклы, — ухмыляется он. — Главное, что я рулю как отменный шофер! Могу тебя легко подкинуть.
Честно, что-то сомневаюсь в его водительских навыках. Но соглашаюсь.
— Ну ладно. Что делать, веди, гонщик.
Вдвоём с Бером выходим к гаражу. По пути бросаю Камиле через мыслеречь, что отлучусь ненадолго — просто на разведку.
«Хорошо, Даня, а я договорилась насчет диеты для Золотого» — отчитывается жена.
Бер с энтузиазмом вскакивает в огромный джип «Тундра», сияя, как ребёнок. Я устраиваюсь рядом — с лёгким, но настойчивым ощущением, что совершаю ошибку.
И буквально через тридцать секунд начинаю об этом жалеть. Машина вылетает из ворот, как комета. На первом же повороте Бер закладывает такой вираж, что нас едва не сносит в придорожное дерево. Ветки чиркают по зеркалу, а подвеска орёт от возмущения.
— Бер, с чего ты вообще взял, что водишь отменно?
— Ну, я же ещё ни во что не врезался, — отвечает он удивленно. — А уже минуту как двигатель заведен.
У меня возникает мысль вызвать кого-нибудь из гвардейцев. Даже рука тянется к связь-артефакту, но вместо этого я просто пристёгиваюсь. Впереди вроде бы прямая. Авось прямо ехать кузен умеет.
С горем пополам добираемся до лагеря альвов. За время пути я успел трижды пообещать себе, что больше никогда не сяду в машину, где Бер за рулём. На всякий случай даже подстегнул регенерацию — мало ли, какая ещё «проверка подвески на обгоне» ему в голову придёт.
У шатра толпятся Финрод, Феанор и Галадриэль. Что-то обсуждают, хмурые, сосредоточенные. Но стоит им заметить, как я пулей вылетаю из «джипа смерти», — хмурым остаётся только Воитель.
Финрод и Галадриэль сразу выпрямляются, лица посветлели.
— Милорд, какая честь вас видеть, — говорит Финрод с лёгким поклоном. Галадриэль в унисон с ним сияет глазами.
Феанор хмыкает, как и положено тому, кто никогда ни перед кем не кланяется, кроме разве что зеркала.
— Лейтенанты, взаимно, — киваю. — Пойдёмте внутрь, там и поговорим.
Заходим в командирский шатёр. Стол, карта, боковые доски с схемами, термос с остывшим кофе.
— Докладывайте обстановку, — говорю, принимая от Галадриэль жестяную кружку с кофе. Альва подогрела его мини-молнией из пальцев.
Финрод тут же поворачивается к столу и указывает на схему:
— Милорд, здесь — скопление гулей. По данным разведки, они устроили логово в старой техпристройке, вплотную к магистральной газовой трубе, которая тянется к лагерю эвакуированных. Я бы предложил выманить их: дать шумовой, вытянуть на открытую местность — и там уже провести зачистку. Минимум риска для инфраструктуры, максимум контроля.
— Не надо заниматься всякой ерундой, — вмешивается Феанор. — Просто сжечь их к чертям — и всё.
Финрод спокойно выдерживает взгляд, не ведётся:
— Проблема в том, что в трубе — метан. Если она рванёт, беженцы останутся без отопления. Зела сказала, это недопустимо.
Феанор хмыкает. Делает шаг вперёд, нависает, прищуривается.
— В последнее время ты слишком часто со мной пререкаешься, Финрод. А при менталисте так вообще смелеешь.
И тут…
— Хватит!!! — вдруг рявкает Галадриэль.
Её точеное лицо дёргается, она бросает молнию в Феанора. Воителя подбрасывает, словно от удара катапультой — и выкидывает из шатра, с треском сбивая стойку с флагом. Где-то там за пределами слышен глухой удар тела о землю.
Но Галадриэль не утихает. Она уже бросается с кулаками на Финрода — на того самого, кого только что защищала.
— Гала?.. — хлопает он глазами, прежде чем получает хук в скулу. — Ампфрр!..
Финрод делает попытку отбежать нафиг от своей возлюбленной, но я тут же отдаю команду:
— Не отходи. Отвлекай её.
Он сжимает зубы и остаётся на месте, принимая удары с героическим выражением лица, хотя очевидно, что в рукопашной Галадриэль даст ему фору.
Финород успевает получить еще пару фингалов, когда я подхожу сзади и резким движением кладу ладонь ей на лоб. В ту же секунду она замирает, будто выключилась. Под пальцами — жар.
Я смотрю на застывшую Галадриэль. Конечно же, это сработала монашеская татуировка. Наколка впрыснула из Астрала ментальный яд. А ведь ещё дофига альвов носят на себе такие «подарки» от Обители.