— Не обессудьте, принцесса…
И — к выходу. С грохотом, с мямлением, даже не прикрыв за собой дверь. Остальная гвардия даже прифигела, что их господа удрали.
А Кострица повернулась к Айре:
— Принцесса, можно присесть?
Айра коротко кивнула:
— Конечно. Вас прислал конунг Данила? Зачем?
Ледзор уселся, как дома, развалившись удобно, и с невозмутимым видом пояснил:
— Граф решил, что мой ранг послужит защитой.
Айра едва заметно расстроилась. Защитой? Значит, Даня считает, что она не справится сама? Не выдержит такой легкой дороги? Это было обидно.
Кажется, Кострица прекрасно уловила её ход мыслей. Улыбаясь, она толкнула Ледзора локтем в бицепс и фыркнула:
— Ты не так сказал, медведь. Имелось в виду, что защита — не вам, принцесса. А окружающим от вас. Чтобы обошлось без лишних убийств и ссор с местными аристократиками.
Айра моргнула. Потом медленно приподняла бровь. А потом — улыбнулась. Всё-таки Данила её уважал как воина. Это было приятно.
— Вы вообще понимаете, что натворили, Данила Степанович? — спрашивает замминистр Козин сквозь зубы.
Я недоуменно пожимаю плечами:
— Натворил, говорите? Ну поясните, пожалуйста, Юрий Юрьевич. Может, и пойму.
Сижу в МИДе на Смоленской, за столом напротив меня — Козин и грустная Ольга Валерьевна.
Козин вдыхает глубже и разводит руками:
— У нас, между прочим, дипломатическая миссия с Хорасаном! Царству нужны нормальные отношения с эмирами, чтобы обрести союзников вблизи границы с Персией, а вы их избиваете и калечите!
— Ну, ухо же ему пришили обратно. В чём проблема? — уточняю я самым невинным тоном.
— Мы это ухо пять часов искали! — срывается он. — Вертолёты, собаки, оцепление! Полрайона перекрыли!
Я сочувственно киваю, как умею:
— Прискорбно, конечно… — мысленно добавляю: Алире, наверное, всё-таки не стоило выплевывать ухо с крыши. Хотя сложно ее судить.
Ольга Валерьевна не выдерживает и вставляет:
— Не очень, если честно, Данила Степанович. Учитывая, что эмир Калифа — известный изверг, садист и рабовладелец.
— Спасибо, Ольга Валерьевна, — кивнул я ей с лёгкой благодарностью.
Но Козин ещё не закончил:
— Переговорщиков не выбирают. Данила Степанович, я бы хотел всё это, ну, как-то замять. Пока не раздули окончательно. Но, к сожалению, Совет эмиров, который сейчас фактически управляет Хорасаном, подал официальную ноту. Требуют компенсации.
Он мнётся. Я уже чувствую — дальше будет что-то особенно наглое.
— Конкретно, — продолжает он с заметным усилием, — они хотят ваших, как они выразились, «остроухих женщин». Из вашего нового народа.
Я хмыкаю:
— Хотеть — не вредно. И что с этого?
— Ну, может, вы пообещаете им что-то вроде смотрин? — лепечет он. — Необязывающих. У эмиров ведь приличные состояния. Даже наложницы у них в золоте и шелках купаются. А альвиек они хотят взять аж в жены.
Права была Лакомка. Похоже, в самом деле альвийки — самые ценный мой актив. А у меня в Невинске ведь сотни этих красавиц. Не удивлюсь, если афганские «романтики» устроят джихад только ради того, чтобы одну из них выдать за очередного верблюжьего принца.
— Юрий Юрьевич, — говорю я, уже без всякой улыбки. — Я этих сволочей и близко не подпущу к своим подданным.
Ольга Валерьевна улыбается. Такая спокойная, деловая, но не скрывает — одобряет.
А вот Козин мрачно поднимает бровь.
— Данила Степанович, то есть мне придётся доложить Царю, что из-за вас у нас — разрыв отношений с Хорасаном?
Я дружелюбно киваю и улыбаюсь:
— Конечно, Юрий Юрьевич, расскажите. А заодно упомяните Его Величеству, что ваш МИД допустил вопиющий дипломатический ляп: эмир расхаживал по Москве без сопровождения и без няньки из Министерства, которая могла бы вовремя заткнуть ему рот, прежде чем он начнёт оскорблять русское дворянство.
Козин мрачнеет ещё сильнее.
— И это будет правдой, Данила Степанович,— с лёгкой улыбкой добавляет Ольга Валерьевна, будто ставит точку. А против великой княжны не попрешь. Шах и мат, господин замминистр.
Ну, по идее, заткнул я Козина. Жаловаться он теперь не пойдёт. Но всё же, не хочется, чтобы внешняя политика Царства страдала из-за какого-то недоделанного бабуина с юга.
— Я слышал, в Хорасане животноводство — важная отрасль? Можем предложить им наши ветеринарные вакцины. Со скидками — для здорового приплода.
Козин на меня внимательно смотрит. А потом говорит, почти с надеждой:
— Это отличная мысль. А может, вы передадите их бесплатно?
— Со скидками, — твёрдо уточняю. — И пусть радуются, что не с двойными наценками.