Примечательно, что моего ответа, похоже, никто не ждет. Встав с трона, он уже разворачивается и уходит, не глядя.
Зар тихо подаёт голос:
— Идите, лорд Данила. А ваша супруга пока побудет со мной.
Я молча киваю и иду за Властелином. Балкон выведен в сторону сада. Лёгкий ветер, где-то пахнет мятой и пеплом. Служанка вручает Багровому костяной лук, без стрел. Он берёт его, как привычную игрушку, и указывает в сторону:
— Лорд Данила, видите то дерево? — спрашивает он, кивая на мерцающее в глубине сада древо. Светящееся, с крупными золотыми плодами.
— Вижу, Ваше Багровейшество.
— Это дерево из моего Молодильного Сада, — продолжает он. — Он находится далеко отсюда, на краю моих земель. Но один саженец перенес сюда. А вот вон там, у забора, — продолжает он, — два дрозда. Под покровом ночи лезут за апельсинами, представляете? Хотят украсть урожай. Обычно за такое я приговариваю к смерти даже дроу.
Он уже натягивает тетиву.
Поднимаю ладонь, спокойно.
— Я могу их отпугнуть, если хотите. Они никогда больше не притронутся к апельсинам.
Багровый останавливается, поворачивает голову:
— Правда? Хорошо. Давайте.
Я щёлкаю пальцами. Пси-стрелы вырываются из моих пальцев, как серебристые нити. Расстояние не помеха для телепата. Дистанция ограничена его силой, а уж у Грандмастера ее хватает. Двое крылатых лазутчиков замирают, поймав псионику. Потом по моему приказу просто уносятся прочь, ощутив резкое неприятие к апельсинам. Просто жалко бедных птичек. Зачем их убивать?
— Впечатляет, — замечает Багровый. — Но пойдёмте. Посмотрим дерево поближе.
Мы спускаемся по витой лестнице, ведущей с балкона вниз. У апельсинового подножия дерева из земли поднимается массивный силуэт. Огромный тролль протяжно зевает.
— Тоже ваш саженец? — спрашиваю я, равнодушно глядя на гиганта.
— Один из стражей сада, — цокает языком Багровый. — Но, как видите не заметил непрошеных гостей, уснул лентяй.
И тут тролль вдруг зарычал, и с места, как лавина, срывается прямо на меня.
Глава 17
Дорога между Тавиринией и Перьяндаром, Боевой материк
— А вот это роща дикого зверобоя. Тавры принимают его перед боем, чтобы стать беспощадными и наполниться храбростью, — громко и уверенно рассказывает Булграмм Великогорыч. — Очень рекомендую попробовать.
Булграмм стоял на опушке леса и с видом знатока рассказывал группе журналистов из Русского Царства о местной растительности. Высокие стебли дикого зверобоя с мелкими желтовато-красными цветами качались на ветру, создавая живописную картину.
— Эти растения содержат какие-то экстракты, дурманящие мозг? — с любопытством спрашивает миниатюрная журналистка. Без рогов, но весьма симпатичная — с пышной фигуркой, которой Великогорыч любовался временами.
— Нет, — с ленивой усмешкой отвечает воевода. — Просто, когда жуёшь, ни о чём не думаешь. Листья у зверобоя почти как резина, долго жуются. Воин ведь должен быть сосредоточен. А тут — занят и не отвлекается ни на что.
Чтобы подкрепить свои слова, он срывает один из листочков, кладёт его в рот и начинает жевать. Журналисты вокруг переглядываются недоуменно, кто-то уже нацеливает объектив камеры.
Вокруг стояли джипы экспедиции, неподалёку уже разбили палаточный лагерь. Журналисты с энтузиазмом снимали местную флору. Они направлялись в Перьяндар, чтобы взять интервью у короля Павлинарха. Путь был неблизкий, и Булграмм великодушно решил совместить сопровождение с экскурсионной программой.
Тем временем принцесса Айра уже отправилась на Остров некромантов. Миссия её началась на удивление удачно — Айре удалось наладить контакт с «фанатиками смерти» там, где сам Великогорыч совершенно споткнулся. Всё-таки она не просто девка, а Избранница конунга. Булграмм честно признавал, что дипломат из него хреновый, да и терпение к переговорам отсутствует напрочь.
— А это что такое? — внезапно спросил один из журналистов, заинтересованно указывая на огромный, яркий цветок размером с хороший пивной бочонок.
— О, это Семицветный лотос, — пояснил Булграмм, с профессиональным интересом разглядывая растение. — Редкий экземпляр. До такого размера обычно не доростает. За кучу «бычков» можно спихнуть на рынке в Давирисе.
Журналист немедленно приблизился к необычному растению и восхищённо наклонился, чтобы получше его рассмотреть.
А в это время Булграмм, неспешно отвернувшись, добавил:
— Некоторые, кстати, зовут его Ядовитым капканом…
Слова прозвучали немного запаздало. Воздух пронзил громкий крик, и лепестки гигантского цветка резко схлопнулись, крепко захлопнув беднягу по пояс. Остальные журналисты в ужасе замерли на месте, не зная, что делать и как помочь несчастному коллеге.