Я улыбаюсь. Спокойно.
— Нападение — лучшая защита, да, Борис Семенович? Значит, вы, уважаемые бояре, предложили мне атаковать на западном склоне, где была замаскированная засада, но виноват я?
— Что опять за намёки⁈ — вскакивает Трубецкой, багровея.
— А вы, часом, не знали о големах на дне моря? — бросаю я прямо в лицо боярину.
— С чего бы нам знать⁈ — рявкает он в ответ.
— А у меня информация иная, — произношу холодно.
У Годунова дёргается бровь. Хлестаков быстро отводит взгляд. Всё понятно.
— Я точно знаю, что вы знали, — добавляю. Блеф, конечно. Но с такими лицами и блефовать не нужно — всё уже выдали. Мы, телепаты, читаем не только мысли. Мы читаем людей.
Годунов, наконец, произносит, разводя руками:
— Побойтесь Бога, Данила Степанович! Допустим, княжич Паскевич действительно упомянул о каком-то «мусоре» на дне океана, но ведь и всё! Мы не придали этому значения.
Экспедитор, до этого откровенно скучавший, поднимает глаза. Почуял зацепку — опытный нюх следователя не подводит.
Я же тяну за ниточку, не спеша:
— То есть вы знали о големах, Федот Геннадьевич, — говорю медленно, с нажимом, — и сознательно решили не придавать этому значения? Это у вас теперь политика такая — игнорировать возможные западни?
— Да говорю же вам! — оправдывается Годунов, голос его срывается. — Мы посчитали, что это и правда мусор. Какие големы⁈ Это вы виноваты, Данила Степанович! Именно вы провалили операцию!
— Мало того, — говорю я, перекрывая его, — что вы навязали мне размещение войск в ловушке, так вы ещё и, как выясняется, связались с Демоном.
Годунов резко замолкает, растерянно обводит взглядом остальных бояр, явно не понимая, что происходит.
— С каким ещё Демоном⁈ — грохочет Трубецкой.
Я не отвечаю. Потому что уже действую. Пси-копьё вырывается из ментального канала и вонзается Паскевичу в грудь. Он не успевает ни вскрикнуть, ни сделать шаг.
Паскевич издаёт рев, лицо искажается, из лба пробиваются рога.
— С тем, — спокойно говорю я, — с которым вы сидите за одним столом.
Время маскировок закончилось. Теперь пришло время разобраться с Тёмным Попутчиком.
Резиденция Организации, где-то в Междумирье
Председатель Хоттабыч осваивал гольф. Он стоял посреди ухоженной изумрудной лужайки в саду, неловко сжимая клюшку и с сомнением разглядывал мяч на траве.
— Так это они называют игрой? — осведомился Председатель, подозрительно косясь на белый шарик.
Неподалёку встал Лиан. Златокудрый турбо-пупс вскинул голову с видом знатока:
— Да, Председатель. Я заглядывал на так называемый континент Европа — тамошняя элита буквально помешана на гольфе.
Хоттабыч скептически фыркнул, взмахнул клюшкой и с размаху ударил по мячу. Тот описал дугу, упал в только что созданную магией лунку — и застыл у самого края.
Хмыкнув, Председатель щёлкнул пальцами. В точке, где лежал мяч, он с помощью частичной материализации Астрала вызвал аккуратный взрыв — и создал новую лунку. Мяч, естественно, туда и скатился.
— Ерунда какая-то, а не игра, — пробурчал старый телепат, отбрасывая клюшку в сторону. — Что ещё интересного придумали люди того мира?
Лиан с гордым видом достал из принесённого ранца биту и мяч.
— Лапта. Популярна у русских. Всё просто: я бросаю мяч — вы бьёте.
— А отбивать куда? — уточнил Хоттабыч, перехватывая биту с профессиональным интересом.
— Да хоть в кого-нибудь, — с плохо скрываемым озорством пояснил Лиан. — Попал — получаешь очко.
— Звучит любопытно, пусть и слегка травмоопасно, — хмыкнул Председатель. — Ладно, кидай.
Лиан подбросил мяч, и Хоттабыч с размаху саданул по нему битой. Снаряд улетел далеко за пределы сада, скрывшись в кустах.
— Попадание за территорией сада тоже засчитывается? — уточнил Председатель, не убирая дубину с плеча.
— Эм… ну… засчитывается, — немного неуверенно ответил Лиан, явно на ходу придумывая правила своей версии лапты.
Из зарослей донёсся громкий ор. Спустя пару секунд оттуда вылетел рассерженный Ангел — злобно размахивал крыльями и сжимал в руке мяч. На лбу у него уже начинала набухать внушительная шишка. Вид у крылатого Грандмастера был такой, будто он собирался засунуть мяч туда, где солнце не светит, но, заметив Председателя с битой, слегка растерялся.
— Председатель?.. — недоверчиво произнёс он.
— Крепко прилетело! — восхищённо отметил Лиан, глядя на размеры шишки.
— Рука у меня тяжёлая, — философски заключил Хоттабыч. — Что дальше?
— Может, ещё раз ударим? — неуверенно предложил Лиан.