Но на пути ей неожиданно встречается Красивая — моя ночная тигрица, которая в последнее время с завидным упорством «случайно» ошивается поблизости каждый вечер. Гюрза замирает, переглянувшись с коротко рыкнувшей тигрицей, затем поворачивается, и возвращается в свой шатёр. Больше к моему шатру никто не подходит.
Утром мы с Настей и Лакомкой активировали портальный камень и перенеслись в Японию — точнее, в один из частных аэропортов неподалёку от резиденции Оды Нобунаги. Нас окружает южный рассвет, ухоженные посадочные полосы и сад камней где-то неподалёку.
В ту же минуту за забором садится наш семейный самолёт — серебристый бизнес-джет с гербом рода. Включив легионера-портальщика, я беру жён за руки — и переношу нас внутрь бизнес-джета.
В салоне уже ждёт Камила — безупречная, как всегда: строгий костюм, идеальная укладка, коктейль с зонтиком в руке. Увидев нас, брюнетка вскакивает, радостная:
— Вот и вы!
Целует меня, обнимается с Настей и Лакомкой — всё по обряду «сестринства».
Без лишних пауз мы выходим из салона мимо улыбающихся бортпроводниц в яркой униформе. Спускаемся по трапу на японскую землю.
У входа нас встречает сам Нобунага, а также процессия — девушки в ярких кимоно и воины в самурайских доспехах. Одна из девушек подносит мне поднос: аккуратные закуски и стопка сакэ. Девушка улыбается призывно, мол, не побрезгуйте. Я благодарю, беру сакэ, выпиваю залпом и заедаю гребешками — взяв их палочками, конечно, которые тут же лежат на подставке. Не первый визит в Японию, привычка осталась.
— Ну что, король Данила, — произносит Нобунага с привычной полуулыбкой, — поздравляю с королевским титулом! Вот очно я тебя и поздравил! Кстати, мы можем сразу отправиться на ваш остров… Или, если у вас найдётся немного времени, я был бы рад пригласить вас в гости. Хотя подозреваю, вам не терпится увидеть своё новое владение.
— На остров? — приподнимаю бровь. — У меня теперь есть целый остров?
— Да, — кивает он. — Небольшой, но полностью ваш. На нём стоит только один объект — Рю но Сиро, Замок Дракона. Вся территория, включая почву под ним, — передаётся вместе с замком. Это ваше личное владение.
Я улыбаюсь. Размер — дело десятое. Главное — есть ли на острове источник пресной воды. Своя река или хотя бы скважина — это уже не роскошь, а стратегический актив. Если есть — прекрасно. Если нет — сделаем. Хрен знает как, но сделаем. Впервой, что ли.
— Давайте сразу на остров, Нобунага-сан, раз мне даётся такой прекрасный выбор, — усмехаюсь.
— Тогда прошу на борт, — кивает дайме на уже подготовленное воздушное судно.
Мы садимся в его бизнес-джет — минималистичный, лаконичный, как и всё у японцев, но удобный. Взлетаем. Курс самолёт берёт на юго-восток, в сторону границы с Филиппинами. Регион не самый спокойный, а значит — интересный.
И будто подслушав мои мысли, Нобунага говорит:
— Должен предупредить: ваш сосед — филиппинский султан. Он давно косится на наши пограничные крепости. На Замок Дракона не нападали уже много лет, но когда филиппинцы узнают, что у него новый хозяин, могут попробовать проверить прочность вашего гарнизона.
Он замолкает, взглянув на меня.
— Всё-таки остров изолирован и удалён от основного архипелага. А это всегда риск.
Я киваю, спокойно:
— Спасибо, что предупредили.
Ничего страшного в этом не вижу. Таков уж мир: если ты владеешь чем-то ценным — неважно, остров это или Золотой Дракон, — всегда найдётся тот, кто захочет это отобрать.
Летим всего ничего, и вскоре самолёт идёт на снижение. Мы садимся на узкую полосу — настолько узкую, что её скорее стоило бы назвать асфальтированной дорогой, чем полноценной взлёткой. Аэропортом это место тоже назвать сложно. Одно-единственное здание из серого бетона — без вывесок, с облупленной краской, больше похоже на склад или сторожевой домик, затерянный среди скал.
И, честно говоря, меня это не удивляет.
С воздуха я уже успел оценить обстановку: остров маленький, населённых пунктов нет вовсе. Ни деревень, ни портов, разве что только ферма и сам замок. Да, остров, но кое-что меня порадовало: вьющаяся синяя нить между скал и рощ — река. Значит, питьевая вода есть. Уже хорошо.
Мы пересаживаемся в машины. Нас сопровождают охранники Нобунага — всё те же, будто вышедшие с гравюры: самурайские доспехи, шлемы с украшениями, рукояти мечей в лакированных ножнах. И что удивительно — в этих латах они двигаются с кошачьей пластикой, ни разу не шаркая.
Замок виден издалека. Возвышается на прибрежном холме, словно сошёл с иллюстрации к сказаниям эпохи Сэнгоку.
Чёрная черепичная крыша, загнутые вверх края карнизов, белые гладкие стены с узкими бойницами. По бокам главной башни — золотые декоративные элементы, напоминающие раскрытые драконьи крылья. Ну прямо отсылка к нашей жёлточешуйчатой животине, что сейчас, поди, дрыхнет в Невинске.
Лакомка на своём веку замков навидалась, Настя, дитя леса, к этому как-то равнодушна. Зато Камила, только завидев строение, широко раскрывает зелёные глаза и громко выдыхает:
— Вау! Какой красивый!
Кто-кто, а уж Камила в архитектуре разбирается. Брюнетка учится на дизайнера, там и этому учат.
Мы въезжаем в ворота Замка Дракона. Колёса машин гулко перекатываются по идеально выложенному тёмному камню. Внутренний двор выглядит так, будто его только что вычистили вручную — десятками щёток, до блеска. Ни пылинки, ни случайного листа.
Вдоль стен стоят вереницы слуг. Все согнулись в низком поклоне, как по команде. Одинаковые кимоно серо-голубого цвета, одинаковые позы. И сразу бросается в глаза: это не японцы, ну или очень странные японцы. Темнокожие, невысокие, с круглыми лицами и глубоко посаженными глазами.
Мы выходим из машины. Нобунага, обернувшись к слугам, говорит громко:
— Это ваш новый хозяин, слуги. Король Данила.
Я улыбаюсь, шагаю вперёд и бросаю:
— Здравствуйте!
Они молчат. Только склоняются ещё ниже, будто хотят вжаться в землю.
— Распрямите спины, — говорю спокойно. — Я не приемлю поклонов без причины. Если этого требует ваше воспитание, например в случаях, когда хотите выразить уважение — то пожалуйста. Но не просто так.
Слуги послушно выпрямляются. Из строя выходит один старик. Лицо резкое, угловатое, будто вырезано ножом по дереву. Он поднимает голову и говорит негромко:
— Господин, род Баганида рад служить тебе.
— Как тебя зовут? — спрашиваю.
Он не моргает:
— Венглад из рода Баганида, господин.
Я обвожу взглядом остальных:
— А их?
— Род Баганида, господин, — повторяет он, как очевидное. Я даже позавидовал многочисленности рода Баганида. Ничего, Вещие-Филиновы тоже еще разрастутся!
На выручку приходит Нобунага. Спокойно поясняет:
— Данила-сан, только род Баганида живёт на этом острове. Больше здесь никого. Они — род этого места.
— Вот как, — киваю.
Настя, молча, но по ментальному каналу, подаёт голос:
«А что значит „род этого места“?»
Камила с профессиональной интонацией поясняет, явно недавно проходила эту тему на курсах:
«Это особый тип неаристократического рода, привязанный к земле. Они рождены здесь, живут здесь, умирают здесь. Их лояльность не тебе лично, а самому замку — как символу. Увезти их отсюда нельзя. Если попытаешься — они либо умрут, либо взбунтуются. Но если соблюдать их кодекс, они будут служить с поразительной преданностью и честью. Такие рода встречаются только на Востоке: в Японии, а также в Индии.»
Я перевожу взгляд на старика. Он всё так же смотрит прямо, спокойно, не мигая. Лицо — камень. В глазах — не подчинение, а древняя уверенность.
— Что ж, — говорю вслух. — Тогда мы будем уважать правила рода Баганида.
И он тут же склоняется:
— Спасибо, господин.
Ну, с родом слуг мне, похоже, повезло. Нобунага, хитрый лис, конечно, рад был бы отдать мне только замок, без людей, да только род Баганида отсюда не уведёшь.