В водовороте что-то блеснуло. Трезубец. Атлант выронил оружие.
Я всерьёз задумываюсь.
На атланта — плевать. А вот за этой закорючкой стоит вернуться.
Не теряя времени, в третий раз активирую портального легионера. Мир сдвигается, искривляется — и я оказываюсь в ледяной воде, чуть в стороне от места удара. Вокруг — хаос. Взвесь, пузырящиеся водовороты, муть. И среди всей этой серой бурлящей массы — трезубец. Он медленно тонет, вращаясь в потоке, словно не желая погружаться на дно морское. Лезвия поблёскивают тусклым светом.
Я на секунду задерживаюсь, оценивая обстановку. Рядом прокатываются остатки удара — мощные течения и клочья ошмётков кальмара, а где-то далеко в глубине исчезает тело атланта. Но мне до него нет дела.
Рывок — и трезубец у меня в руках. Холодный, тяжёлый, скользкий. Чувствую, как из древка струится сила — вязкая, настороженная, будто сама магия трезубца изучает меня в ответ.
Рывок — и он у меня в руках. Переход обратно. Лёгкий хлопок, шлёпнувшаяся с меня вода — и я снова в каюте, тяжело дыша, с трезубцем в руке.
Айра оборачивается ко мне, глаза расширены:
— Всё закончилось?
Я молча киваю.
Айра подходит ближе, разглядывая трофей:
— О!… — ликанка замирает. — Это же княжеский трезубец. Один из тех, что принадлежат князьям Океанарии.
Значит, княжеское оружие. Я кручу его в руках. Трезубец тяжёлый, сбалансированный, с прямыми сужающимися зубцами. Остриё поблёскивает странным металлическим светом. И тут — щелчок. Кончики вдруг вспыхивают, и короткая молния выстреливает прямо мне в лицо.
— Даня, нет! — кричит Айра.
Глава 13
Айра кричит:
— Даня, нет!
— Тише, — бросаю девушке, и она потрясённо замолкает.
И, правда, зачем кричать? И нет, я не надел доспех, чтобы защититься. Просто молния не бьёт. Она замирает в воздухе передо мной — стрекочущий, искрящийся синий зигзаг, будто застывший в колебании, дрожащий от сдерживаемой мощи. Шевелится, пульсирует, но не рвётся вперёд.
Я кручу трезубец в руке, и молния, повинуясь, изгибается следом, точно танцуя по воздуху.
— Ого, — замирает Айра, следя глазами за зигзагом. — У князей атлантов действительно необычное оружие.
— Согласен, прикольно… — говорю я и улыбаюсь.
— Прикольно? Да это же почти как громобой. Только здесь молнией можно управлять.
Я веду трезубец вправо — молния лениво течёт за ним, словно змейка. Влево — та же история. Управляемая ярость.
— На самом деле управление разрядами — это необходимость для атлантов, — замечаю. — В воде ток быстро распространяется от точки удара. Поскольку вода — хороший проводник, особенно морская вода из-за солей, электричество расходится во все стороны. А этот трезубец позволяет не просто стрелять молниями, но и доводить их до цели.
— Ого, а ты откуда столько знаешь про молнии, Даня? — поражается ликанка. — Не думала, что ты настолько тонко разбираешься в нюансах стихийной магии. Одно дело — уметь использовать поглощённых магов, а другое — понимать работу магии.
— Да какая магия? Это же учебник физики за седьмой класс, — пожимаю плечами.
— А физика — это что такое? Какая-то магия? — хлопает глазами избранница.
— Скорее, это математика — магия, вернее, царица всех магий, но притом служанка физики, — переделываю я изречение Ломоносова на свой лад.
А избранница, зависнув на пару секунд, решает забить да и подольстить мне напоследок:
— Я рада, что у нас такой мудрый глава рода.
— Хех, пойдём к своим, — я высушил себя уже магией огня. Ну а молнию потянул за собой, чтобы посмотреть, не рассыплется ли она со временем.
Выходим из общей каюты. В соседнем помещении нас явно ждут. Гюрза сразу вскидывает подбородок, в глазах леди полыхает интерес. Гомункулы сгрудились чуть поодаль, шушукаясь. Ледзор не упускает повода заметить:
— Хо-хо, граф, а ситуация-то разрешилась явно с твоей подачи.
— Как ты достал атланта, король Данила? — не преминула спросить Гюрза. — Если честно, я бы точно не справилась.
— А можно не отвечать? — улыбаюсь.
— Можно, — вздыхает леди и добавляет со странным намёком: — Кажется, у меня появилась причина стать ближе к роду Вещих-Филиновых.
— И что же это, леди? — будь Айра волком, от которого произошли ликаны, уже бы вздыбила шерсть.
— Моё жуткое любопытство, — усмехается дроу.
Змейка сидит, обняв кружку с водой, и мелко подрагивает от морской болезни. Её бледно-голубые щёки отчётливо не того оттенка, что нормален даже для Горгоны.