Все взоры устремились на неё. Хоттабыч во главе стола удивлённо приподнял седые брови. Масаса не останавливалась. Шла прямо к столу, за которым кряхтели древние существа в разных обличьях и принимались судьбы народов.
Только подойдя, она воскликнула решительно:
— Прошу прощения за вторжение, но мои сведения не терпят отлагательств.
Из-за кресла главы фракции поднялся Лорд Тень — тот самый полный мужичок, которого прервала магиня своим появлением. За его спиной стоял молчаливый Ангел, сложив широкий белые крылья.
— Что за манеры, леди, — буркнул Лорд Тень с недовольной складкой на губах. — Тебе за такое следует вменить выговор! Немедленно выйди…
Его прервал Хоттабыч:
— Что случилось, леди Масаса?
Она вытянулась, едва заметно кивнула:
— Председатель, милорд! Конунг Данила захватил арсенал вульфонгов. Он обещает в ближайшие дни полностью вывезти иномирское оружие с Боевого материка.
В зале воцаряется тишина.
И тогда Хоттабыч, полуобернувшись, сказал почти весело:
— Правда? Ну что ж. Тогда вопрос о Зачистке закрыт. Эксперимент на Боевом материке продолжается. Следственной группе я поручаю изучить, как иномирское оружие попало на Материк.
На его лице появилась тень удовлетворения. Масаса уловила: он этого ждал. Он на это надеялся.
Но Лорд Тень запротестовал:
— Я не согласен с таким решением, Председатель. Король Данила нарушает условия изоляции Материка. Он действует в обход наших правил. Он — разрушитель стратегии развития зверолюдей.
Хоттабыч не изменился в лице. Ответил мягко, почти лениво:
— С чего это ради вы бросаетесь такими обвинениями до проведения следствия? Не только Данила имеет выход на Материк. То оружие мог поставить кто угодно.
Лорд Тень сузил глаза:
— Да при чём тут оружие! Сам по себе этот иномирянин — катализатор недопустимых изменений. Почему вы на его стороне, Председатель?
Впервые за всё заседание Хоттабыч повысил голос:
— Следите за языком, Лорд Тень. И прежде чем судить — взгляните на тавров. Сравните их с тем, чем они были год назад. Это ли не расцвет Боевого материка? Возможно, именно Тавириния — то племя воинов, которое мы хотели получить по итогу эксперимента.
Лорд Тень заткнулся, не смея пререкаться, а Председатель огласил:
— Леди Масаса, возьми Ясена и Норомоса и проведи следствие. Заседание закончено.
По связь-артефакту звонит Масаса. Леди Организатор радостно оглашает:
— Конунг! Всё обошлось! Зачистка отменена!
— Рад, что вы смогли найти нужную дверь, леди, — улыбаюсь.
— Это было не так-то просто! — возмущается негритягнка.
— Я и не смею в этом сомневаться. Кстати, мне нужен лорд Ясен, — говорю. — Не подскажите, как с ним связаться?
— Мы как раз с ним и с Норомосом сейчас к тебе придем!
Через секунду — вспышка портала, и на фоне гулкого двора арсенала появляется троица: кудрявая Масаса, огромный мохнтаый йети Норомос и друид на максималках Ясен, весь в коре, листве и мхе.
Друид осматривает двор, взгляд скользит по технике, дружинникам и замирает на Вульфе в коляске. Он слегка приподнимает бровь, кивает — с неожиданным удивлением и оттенком удовлетворения:
— О… Это же мой почерк. Моё проклятие.
Король Вульф приподнимает голову. Глаза мутные, голос — сиплый, но узнаваемо язвительный:
— Твой-твой, мстительный папоротник! Когда-то я называл тебя пнём несчастным! Вот ты и обиделся как девчонка!
Ясен с древесным скрипом пожимает плечами:
— Значит, заслужил. Оскорбил Высшего Грандмастера — получил грибы по заслугам.
Я смотрю на Высшего друида.
— Его надо вылечить.
Ясен щурится, смотрит на меня с недоумением:
— А с чего бы вдруг? Он меня оскорбил. И, похоже, не жалеет об этом.
— И не собираюсь, — бурчит Вульф сквозь зубы. — Чёртов лишай ходячий. Да тобой печь зимой топить надо!
— Вот видишь, конунг, — хмыкает Ясен. — Ладно бы хоть извинился, а он продолжает нарываться.
Я спокойно отвечаю:
— И все же придется его вылечить. Мне нужен король в Вульфонгии. Иначе я не смогу остановить поставки оружия из моего мира его генералам. Леди Масаса, ты же понимаешь, что с этим лучше разобраться сейчас, чем потом разгребать последствия.
Масаса задумчиво кивает:
— Лорд Ясен. Хоттабыч велел нам в рамках следствия помогать конунгу Даниле.
Ясен закатывает глаза, но все же подходит к коляске. Смотрит на Вульфа как на гнилой пень, который почему-то всё ещё говорит.