Теперь решаю, куда его запихнуть. Моя собственная тень и так забита под завязку. Настю и Змейку я уже отправил домой, так что выбор невелик. Ну что ж, тогда леди Габриэлла. Всё-таки она до сих пор официально моя пленница, а значит, я могу позволить себе подобное — в пределах разумного.
Златокрылая леди застывает, не отрывая взгляда от своей тени, в которую буквально втягивается огромная, колышущаяся теневая масса Спрута.
Я спускаюсь обратно на землю.
— Что вы сделали, король? — Габриэлла опускает взгляд на свою тень, которая теперь заметно шевелится, словно внутри что-то живое пытается найти выход.
— Просто поместил в вашу тень Спрута, леди, — спокойно поясняю я, как будто речь идёт о том, что я сложил в кладовку пару лишних мешков.
— Почему… я? — глаза у неё округляются, а по телу проходит заметная дрожь, от бёдер и до самой пышной груди.
— Другой подходящей тени рядом не оказалось, — пожимаю плечами. Хотя, если подумать, можно было бы засунуть его и к Золотому, но ему я доверяю куда меньше. Еще сожрет Спрута с голодухи. Ну а Ломтику рано дрессировать этого гиганта. — Пусть у вас пока посидит.
И тут из её тени вылезает одно чёрное щупальце, тянется вверх и осторожно, почти нежно, касается золотых локонов Габриэллы и начинает гладить их, пропуская пряди между своими полупрозрачными, но ощутимо плотными отростками.
— Король Данила⁈.. — замерев, девушка дрожит и жмурится. Золотые крылья подрагивают, кончики перьев чуть шуршат.
— Я заложил в него настройки, — спокойно заверяю я. — Он вас не тронет…кхм… ну, разве что вот так — погладит, мда. Потом заберу, когда закончу с остальными делами.
Ангел смотрит на гладящее Габриэллу щупальце.
— Эм, ну ладно…Теперь надо заняться другими тварями в парке, — произносит лорд, и переводя взгляд в сторону зарослей.
— Я ими уже занялся, — отвечаю я спокойным тоном. — В парке никого не осталось.
Ангел вместе с Габриэллой синхронно оборачиваются на меня, одинаково приподняв брови, в их лицах читается смесь недоверия и лёгкого изумления.
— Когда ты успел, король? — спрашивает он.
— Кровавые Рвачи огородили территорию, а доблестная городская стража мне помогла, — поясняю я, как нечто само собой разумеющееся и, правда, слегка преувеличивая заслугу последней.
— Лорд Ангел! — гневный рёв раздаётся из припарковавшейся неподалёку кареты, украшенной яркими голубыми гербами. Голос перекрывает гомон площади, заставляя гвардейцев оборачиваться. — Где мой отец⁈ Почему он до сих пор не объявился⁈
Следом из кареты выскакивает синекрылый щегол в дорогом камзоле, и все сразу узнают в нём лорда Гибибибеля, сына лорда Тирибеля. Лицо его перекошено от ярости, скулы ходят ходуном.
Ангел, стоящий рядом, поворачивает голову к новоприбывшему и отвечает с ледяной сдержанностью, в которой нет ни капли сочувствия:
— Лорд Гибибибель, приветствую. Совет уже должен был объявить вашего отца изменником и предателем, который заслуженно потерпел смерть. Вы разве не в курсе?
— Да как он может быть предателем⁈ — восклицает Гибибибель, и голос его срывается на высокий тон. — Кто это заявил? Вы, король Данила⁈
Он резко разворачивается ко мне, глаза полыхают обвинением.
Я же лишь безразлично пожимаю плечами:
— Вообще, я ничего не заявлял. Мне было не до того — гулял по Центральному парку, а затем по площади вместе с лордом Ангелом и леди Габриэллой. Насчёт же вашего отца Совет принял решение самостоятельно, основываясь на множестве доказательств, которые сегодня ваш лорд-отец и предоставил.
— Что за доказательства⁈ — вскидывается Гибибибель.
— Попытка убийства членов Совета, — отвечаю.
Гибибибель округляет глаза:
— Он не мог….он же не полный крети…
В этот момент к нам подходит отряд доблестной городской стражи — те самые синекрылые, что ещё недавно таскались со мной по парку. Я думал, что после сегодняшнего они уже забились по домам и сидят там закрывшись на все засовы, ай нет. Капитан останавливается прямо передо мной и, выпрямившись, гордо докладывает как своему командиру:
— Мы эвакуировали всех жителей с опушки парка как вы и велели, король Данила.
— Молодцы, доблестная стража, — киваю.
Ангел с Габриэллой переглядываются, в их лицах лёгкое недоумение
Наследник покойного Трибеля резко оборачивается к стражникам, голос его уже почти срывается на крик:
— Вы совсем, что ли, олухи⁈ Почему вы выполняли приказы этого бескр…кха-а, короля Данилы⁈
Капитан теряется, не сразу находясь с ответом: