— Мелиндо! Даня! Сынок! Мазака! — женщины моего рода кидаются обниматься, едва выхожу из кареты, даже Красивая успевает боком потереться.
Димирель, заметив Оранжа, который до сих пор не снял мусорные рога, весело смотрит на него и спрашивает:
— Новый имидж, лорд?
— Эти артефакты мне жизнь спасли! — напыщенно ответил оранжевокрылый лорд.
А мне лестно это слышать, ведь лорд Солнечного Дома по сути признался, что я его спас.
— Ну и кто победил на Чертовщине? — допытывается Димирель с хитрой лыбой. — Есть признанный победитель или решать это предстоит Совету?
Оранж отвечает мрачно, будто через силу:
— Не предстоит. Победил король Данила. Я одобряю его членство в Совете, и ещё что-то там он хотел…
— Король Данила хотел получить постоянный пропуск для себя и своих людей в Херувимию и обратно. Ещё — скупка земель, чтобы основать на них свои фабрики и поставить производство. Разрешение на продажу собственной продукции тоже, и обратно в том числе, чтобы без ограничений гонять караваны. А кроме того — право на найм местных специалистов, на строительство укреплений и гарнизонов, и даже отдельный пункт о вербовке херувимов в личную гвардию, — я сразу же подробно расписываю, приобняв прижавшихся Светку и Настю за талии.
— Да-да, я понял, король, — бурчит Оранж, морщась так, будто ему кислым вином рот залили.
— Отлично. Жду бумагу от Совета, лорды, — подытоживаю я, давая понять, что разговор закончен. — А теперь, извините, я отправляюсь отдыхать.
После этого мы всей семьёй грузимся в большую карету и катим в херувимскую резиденцию Организации. Первым делом — душ. Горячая вода смывает с меня остатки пыли, пота и всей этой клоаки часов в Прорыве. Потом я переодеваюсь в лёгкое домашнее и, наконец, с удовольствием падаю за уже накрытый стол в окружении родных.
Змейка в голубеньком платье, которое сливается с голубой кожей (может, потому его и надела? Издали ведь как голая), мазакает, чиркает по столу коготком, придвигая ко мне кружку свежего кофе прямо под нос. С другой стороны Ира двигает мне свою изумительную выпечку.
— Ой, Даня, а ты молодец!
— В каком плане, ма?
— Отец-молодец, — делится мама впечатлениями. — Дал мне двух хороших внучков. Славик такой миленький, такой тихий мальчик.
Степан добавляет задумчиво:
— Будто в душу глядит.
Я усмехаюсь:
— Вернее, в будущее. Лакомка со Светой должны были уже пояснить.
— Ага, что Провидец, — кивает Степан.
— Правда, загадка пока в том, насколько глубоко он смотрит. Он ещё мелкий, его образы неосмысленные, хаотичные. Читать его мысли сейчас смысла нет.
— Кушай еще пирог, сынок.
— Кофффе, мазака.
— Даня, а вот ту шарлотку я пекла…вернее, следила, чтобы ее правильно испекли.
— А зайца я поймала, Даня. Вместе с Красивой.
— Чья рецептура того энеркгококтейля, ты знаешь, мелиндо.
Кормят меня знатно. Не будь физиком, из-за стола бы встал с огромным кожаным мешком вместо живота. А так разогнал полезные вещества, ускорил метаболизм, и нет никакой тяжести.
Позже пересекаюсь с Лианом, и турбо-пупс сразу спрашивает:
— Ну что, как тебе в Херувимии, конунг Данила? Смотрю, ты обжился. В Прорыв ходишь как на прогулку в парке.
— Да, неплохо, — отвечаю. — Но мне пора возвращаться. Мы скоро покидаем эту резиденцию. Да и наша местная штаб-квартира будет скоро отремонтирована — туда и будем перемещаться.
У меня еще остались дела с Рвачами. На базе гвардейцев нахожу капеллан Рому:
— Ром, слушай, мне пора на Землю.
— Оу, брара, — растерялся капеллан. — А как же наше…ну, безумие?
— Я вам поставил ментальные блокады. Ваши психи сами не начнутся. Телепаты мои будут вас контролировать и регулярно проверять.
— Кто, брара?
— Менталисты. Но учти — вам опасно связываться с вражескими менталистами. Если кто-то из них снесёт вам блокады, вы устроите черти что, начнёте крушить всё подряд, и тогда последствия будут уже совсем другие.
Рома коротко кивает, подтверждая:
— Понял. Будем избегать столкновения с менталистами Демонами и херувимами.
— А если все же напоретесь на них, что сделаете?
— Отступим, — не моргнув глазом отвечает Рвач. — Для таких врагов позовем подмогу у брары Данила.
— Правильно мыслишь, капеллан, — киваю я. — Но всё же помни о правиле бутерброда.
— Бутерброда? — капеллан округляет глаза, явно не понимая, к чему я клоню.
— Ага. Смысл простой: всё, что может пойти наперекосяк — обязательно пойдёт. Главное — быть готовым.
— Учту, брара, — Рвач задумчиво склоняет голову, явно прокручивая в голове мои слова, будто они весомее любой проповеди.