— Допустим, зверь убил меня…
— Фа-ка, — бурчит недовольная таким сценарием Змейка.
— Допустим, он убил меня и вышел на Председателя, — пытаюсь разобраться. — Каким образом этот Шипустон сдаст Лорда Тень с поличным? Теневых тварей нельзя читать.
Действительно, не «нельзя», а это очень сложно, чем Лорд Тень и пользуется.
— Я также заранее заложила внутрь Шипустона кристалл памяти, — признаётся Паутина. — Сделала это через телепата-марионетку, у меня был свой способ. Этот кристалл содержит всё: всё, что видит Шипустон, всё, что он делает, всё, что происходит рядом и кто приказывает. Когда тварь облегчится, этот кристалл выйдет вместе с теневыми отходами, и Председатель получит полный отчёт.
Хм, теневые твари созданы из Тьмы, но когда они сжирают мясо и перерабатывают его, то выбрасывает отходы, как кофемашина отжим после зёрен.
Я задумываюсь над ситуацией:
— А меня убивать было обязательно? Почему ты заложила это в программу? Достаточно было просто создать видимость.
Мадам Паутина разводит нагими плечами:
— Я хотела уделать Председателя! А то этот старик слишком много о себе возомнил — даёт мне распоряжения, будто я состою в его дурацкой Организации! Я, конечно, не могла не выполнить его так называемую просьбу, но должна же была показать свой характер. Ведь Председатель тобой дорожит, как я поняла.
— С чего ты это взяла? — Так я слышала от его людей, краем уха.
— Ну а сейчас ты отказалась от этой идеи?
— Да, отказалась, — кивает Паутина.
— С чего вдруг?
— Потому что я всё ещё надеюсь, что ты станешь моим вожаком. Ну да, — добавляет она, задумавшись, — если выживешь, конечно.
В этот момент новый рёв сотрясает стены, гул такой, что вибрация отдаётся даже в пол. Я усмехаюсь, будто ничего примечательного не происходит:
— Ой, не гони, Паутинка. Вся твоя беготня вокруг этого «вожака» была полной хернёй. Очередная твоя манипулятивная игра, лишь чтобы попытаться уделать Змейку, ведь ты ей завидовала, согласись. Всё это твои дешёвые манёвры.
Мадам Паутина моргает, задерживает взгляд, потом кивает, не спорит:
— Да. Сначала это было именно так. Просто зависть, просто поиграться. Но только сначала. А сейчас уже нет. Сейчас всё иначе.
Змейка ворчит сквозь зубы зло, готовая прямо здесь вцепиться ей в горло:
— Фа-ка, ррр, только попробуй…
Рёв уже оглушительный. Я подхожу к окну, выглядываю наружу. Крепостные стены начинают разлетаться, падает камень, сыплется гулко, и прямо из пролома выползает огромная теневая махина. Чёрная, шипастая, словно гигантский жук, перебирает кучей теневых лап. А навстречу ей уже бегут толпы чёрных марионеток.
— Останови своих пленников, Паутинка, — бросаю я, не поворачиваясь. — Всё равно они зря погибнут, только лишний мусор под лапы жуку.
— Пускай умирают, — возражает Мадам Паутина равнодушно. — Марионетки задержат Шипустона, пока ты убежишь.
Мы со Змейкой весело переглядываемся.
— Я что-то не то сказала, фака? — крутит головой Мадам.
— Убегу? Ты плохо меня знаешь, Паутинка. Я не убегаю, не прячусь и не оставляю всё на потом. Когда ты натравила на меня Шипустона — ты его потеряла окончательно. Он уже не твой. И марионеток тоже не стоит губить зря. Они ещё пригодятся моему Легиону, и я не собираюсь позволять им просто раствориться в ничто.
— Легиону?.. — с удивлением переспрашивает Горгона четвёртой формации, уже окончательно преобразившись в девушку. Глаза девичьи, обманчиво невинные.
— Да, Легиону. Я очищу сознания марионеток, подарю посмертие тем беднягам, которых ты затащила в свои сети, вытащу их из этой бесконечной боли. Я разорву путы, которые держат их как марионеток, и опустевшие куклы будут служить моему Легиону, как новые оболочки для настоящих воинов. И мне всё равно, ты за или против, Паутинка. После твоих концертов я вправе поступать так, как считаю нужным.
— Как скажешь, я не против, — сдаётся Мадам Паутина, но не удерживается от укоризненной интонации. — Однако, король Данила, ты рассуждаешь так спокойно в преддверии гигантской опасности? — она качает головой, словно не понимает, откуда у меня эта уверенность. — Тварь в нескольких шагах от тебя, а ты спокойно рассуждаешь о своих тактических планах. Ты совсем сейчас не боишься?
Я снова протягиваю руку в тень, на этот раз наружу выходит Синий меч — тот самый херувимский Цветной клинок, который я ещё не успел передать Маше Морозовой, своей невесте, как подарок. Зато есть возможность опробовать меч на действительно серьёзной цели.