Вот ведь циркач, прямо с порога драму устроил.
— Садитесь, — хмыкаю, падая в кресло.
Лена рядом сидит идеально ровно, с холодным лицом. Я замечаю:
— Хаято-сан, я не требую от вас сэппуку, если что. Мне это даром не нужно — ни пользы, ни выгоды. Говорите уже, зачем пришли, и проваливайте.
Он с отчаянием выдавливает:
— Пожалуйста, Ваше Величество, войдите в моё положение. Я виноват и признаю это. Но мои жёны, матери и дочери не должны страдать из-за моих ошибок. Если вы не смилостивитесь, то конкурентные рода растерзают мой клан как стервятники.
— А с чего это вдруг?
— Мой дядя опозорился на Сэцубуне, а потом ещё и умер после беседы в Вечерней Хризантеме, храме Императора! Наш клан покрыт несмываемым позором, партнёры откажутся от работы с нами, а конкуренты используют все политические и финансовые рычаги, чтобы дожать нас.
— Жуть какая, — равнодушно бросаю. — Допустим, мне правда вас жаль — только допустим. Чего вы от меня-то хотите?
— Будьте должным мне, — затараторил Хаято, боясь, что я передумаю. — Звучит оскорбительно, но послушайте. Мой дядя опозорился в конфликте с вами и умер после разговора с вами. Все это знают. Если вы станете должны моему клану, это сможет уменьшить позор моего клана. Тогда нас не бросят все контрагенты. Мы сможем объяснить: да, опозорены, но так как вы будете у меня в долгу, значит, хоть чем-то компенсировали нанесённый урон.
Он всё произносит слишком торопливо и не останавливаясь, будто если замолчит, то будет послан нахрен.
— Всё чудесатее и чудесатее, — не перестаю я удивляться логике японцев. Русскому, даже телепату, не разобраться без бутылки сакэ.
Я пожимаю плечами:
— Хаято-сан, ваша позиция вроде как понятна. Но знаете, я даже не знаю, что мне от вас нужно. Может, вы подскажете?
Младший Хаято перечисляет всякую всячину — от танков до долей в каких-то компаниях. Зевать уже правда хочется. И тут Лена бросает по мыслеречи: «Даня, а может, пусть Хаято дадут нам какие-нибудь целебные зелья? У Хаято же сильные Целители, есть своя фармацевтическая компания, и такие зелья могли бы пригодиться, может, Лакомке».
Я ухмыляюсь: «Умничка, Лена». А вслух говорю:
— Можете отдать пятнадцать Целителей на пару-тройку лет пользования.
Лена с трудом не округляет глазки, хотя рефлекс прослеживался. Она имела в виду только зелья, но зачем мелочиться? Я сразу беру по максимуму. Пусть Хаято почувствует, что в долгу быть — это не красивые слова, а конкретные жертвы.
— Целителей всегда не хватает, — добавляю, как будто между делом. — Так что можете прислать уже сегодня. Только оформим и договор аутстаффинга-аренды, чтобы всё было официально. — Тогда в случае косяков Целителей я смогу стребовать компенсацию с Хаято, а пункт такой мы точно предусмотрим.
Хаято оживляется, с облегчением выдыхает и, вскочив, опять кланяется, едва ли не стукаясь лбом в пол:
— Спасибо, спасибо, Ваше Величество! Мы пришлём сегодня лучших Целителей!
— Ага, а договор подпишем сейчас, — бросаю я, по мыслиречи уже кинув задание дуэту Алиса–Василиса, чтоб состряпали бумагу да перекинули через Ломтика.
Когда закрепляем договор, уходит Хаято чуть ли не на цыпочках, видно, рад, что вообще живым отпустили. А ведь он правда не рассчитывал, что вернётся. И немудрено — его дядя меня сначала достал вконец, потом ещё и покушение устроил. Да только я не мстительная сволота, и мне не так уж жалко род Хаято — вообще не жалко, если честно, — как просто я вижу точки роста для своего рода. А пятнадцать достойных Целителей на земле не валяются.
В связи с недавними событиями решаю звякнуть Нобунаге.
— Ваше Величество, рад вас слышать! — восклицает Ода.
— А вы, я смотрю, в курсе всех новостей, дайме, — хмыкаю.
— То, что Император на аудиенции звал вас королём? — переспрашивает дайме. — Да, не сразу, но слухи разнеслись. — Видимо, не иначе как с подачи самого Императора, ведь больше никого там не было. — Если уж наш Император вас так величает, то и нам следует поступать так же.
— Ясно-понятно. Дайме, я чего вам звоню-то? Я теперь в долгу у клана Хаято.
— В каком ещё долгу? — не понял Нобунага. — Старший Хаято же помер от инфаркта, опозорив тем самым храм Вечерней Хризантемы, который посещал за полчаса до своей кончины. Это клан Хаято же теперь должен всей Японии, да и вам тоже.
Мда, как у японцев всё мудрёно, но, кажется, я уже начинаю разбираться.
— Я должен Хаято за взвод Целителей, что он отдает мне безвозмездно. Это должно уменьшить позор клана, согласны?
На том конце пауза, потом Нобунага отвечает задумчиво: