— Да, мы в курсе, — говорю я, оглядывая незатейливое убранство. — Много мертвых афганцев.
— Вы их убили⁈ Слава Всевышнему! — теперь она и мою руку хватает.
— Что вы здесь забыли, сударыня? — спрашиваю. — Афганцы-то рядом.
— У меня отец парализованный, он не может покинуть этот дом…
— Значит, через улицу лежит ваш отец, — киваю.
— Да…Я забрела сюда солений поискать, а то наши на исходе, только арак отцовский остался в погребе, — всхлипывает девушка.
— Ведите к вашему отцу, будем осматривать пациента.
Она торопливо вскакивает и ведёт нас в соседний домик. Пока пересекаем улицу, я думаю как быть. Наверняка, мужика не сложно вылечить, да светить легионера Целителя при посторонних не хочется. Лучше лишний раз не показывать Мясника.
На топчане лежит старый казах, с виду немощный. Он что-то испуганно верещит, но я не слушаю. Тут же мой легионер-геномант даёт вердикт быстрого сканирования организма: старик вовсе не болен. Никаких параличей, никаких поражений нервной системы.
— Оставьте нас, — бросаю я негромко.
Гришка берет за руку девушку, и она подчиняется мгновенно, хотя в глазах у неё растерянность. Когда мы остаёмся одни, я хмуро смотрю на старика и говорю прямо:
— Ну что, сволочь ты этакая? Ты же ни хрена не болен.
Тот испуганно бледнеет и опускает взгляд, как школьник, пойманный на вранье, и виновато признаётся:
— Да, господин, простите… У меня тут погреб арака. Не мог его бросить. Притворился, что спину вступило. Я всегда хромой был, а тут пришлось сказать, что вообще ноги отказали.
Я хмыкаю:
— Дочку-то зачем подставил? Стоит ее жизнь твоего арака?
Старик опускает глаза, заминается:
— Нет, конечно! Я не думал, что она останется тоже со мной. Господин, прошу, не говорите ей! Она не простит, если узнает, что я притворялся.
— Если бы афганцы надругались над ней, — замечаю я, — то и прощать бы тебя некому было.
Старик виновато мычит, оправдывается жалобным голосом:
— Я не знал… Я не думал, что они сюда придут…
Я усмехаюсь:
— Не думал, значит? Ладно, тебе повезло, — Ломтик мне перекидывает бутылку арака из погреба, и у старика сразу забегали глаза. — Это лекарственный арак. Скажешь дочке, что он тебя исцелил.
— Бутылка прямо как у меня…
— Тара стандартная, с одного завода, — откупориваю бутылку и передаю старому казаху, а тот и рад присосать к горлышку.
Я же хлопаю его по плечу и в тут же секунду старик с ором вскакивает, схватив себя за пятую точку:
— Господин, жжет! Сзади!
— Это действует лекарство, — киваю, «выключая» больше не нужного геноманта. — Но ты тут давно живешь и знаешь где река.
Боль накрывает его снова, он буквально подпрыгивает на месте, держась руками горящую задницу. С криком опрокидывает табурет, и, не разбирая дороги, выскакивает наружу.
Слышно, как он мчится вниз по улице, матерясь, и прыгает прямо в реку с головой.
Дочка в шоке забегает, смотрит на меня с круглыми глазами:
— Господин, мой отец бежал! Вы его вылечили! Спасибо вам!
— Это всё лекарственный арак, — усмехаюсь. — Мы много чего полезного производим. У меня жена друид.
— Понятно, — девушка кивает, сразу поверив. — Господин, а мой отец не сказал, почему он побежал к реке?
Я отвечаю, даже не моргнув:
— Да просто давно в речке не купался. Решил наверстать упущенное.
И в тот же миг через ментальные щупы ощущаю постороннего. С противоположного берега меня кто-то попытался сканировать. Хм, телепат. Причем неслабый. Даже интересно, откуда у афганцев такой самородок. Хотел его достать, да он уже скрылся.
Из любопытства выхожу на улицу и вглядываюсь в заросли за рекой. Конечно, телепата не видно. Зато ментальное сканирование находит выше по течению на нашей стороне группу афганцев, да неслабую. Похоже, один кровник, трое воздушников и с десяток физиков. Вся эта банда гремит по барханам в глубь пустыни на здоровенном фургоне.
Я передаю картину увиденную пустынным тушканчиком всей команде. Светка тут же предлагает немедленно двигаться в погоню, но я решаю иначе: беру только Гришу, Настю, Змейку и саму Светку. Грандбомжу я приказываю заняться эвакуацией казахской девушки и её отца, который сейчас остужается в реке после выздоровления. Только вот на чем?
Обыскиваем поселок и неподалеку находим колымагу на колёсах. Гришка бензин заливает из нашей запасной канистры затем заводит и проверяет. Вполне на ходу.
Грандбомж, взглянув на ржавый седан, произносит с загоревшимися глазами:
— Убей…