Я пожимаю плечами, глянув на беседующих между собой жен:
— Тогда бы Владислав Владимирович сам позвонил. Если уж начальнику Охранки действительно нужно со мной поговорить, он прекрасно знает, как это сделать.
Ольга Валерьевна кивает одобрительно:
— Верно. Вы — монарх, и к вам должны относиться с должным уважением.
Киваю:
— И это тоже, хоть и не главное. Я не настолько гордый, но Владислав Владимирович всегда блюдёт этикет.
Между тем под дальним столом шевелится кто-то кудрявый и бежевый. Да и не один. Ломтик снова урвал жареную утку, но малой не жадный — позвал всю свою теневую братию: от гарпий до мини-гидры, и теперь они тоже уминают угощения. Ох, надеюсь, не спалится моя правая лапа.
А принц датский явно расстроился. Случайно, не потому ли что я не ушел разговаривать с «Владиславом Владимировичем?» Хм. Очень подозрительно. А не розыгрыш ли был весь этот звонок? Только кто настолько безмозглый, чтобы шутить с королём Багровых Земель и Грандмастером телепатии? Разве что полный идиот…
Мы сидим ещё немного, и тут по мыслеречи со мной связывается Ауст. Ещё на Темискире я выдал ему кольцо из мидасия, и некромаг надел его без вопросов — что в очередной раз подтверждает, что я выбрал себе правильного лорда-протектора. Вообще он молодец, сам всегда справляется со всеми проблемами, и меня почти не тревожит.
— Ваше Величество, неприятности.
Похвалил, называется.
Глава 12
— Что случилось? — спрашиваю по мыслеречи Ауста, а сам уплетая сельдь под шубой.
— Диана собралась к Древнему Кузнецу, — доносит некромаг.
— В Кузню-Гору? — приподнимаю бровь.
— Верно.
У меня аж стул подо мной дрогнул.
— Вот же дур…! — прерываю себя. — Так, ладно. Сейчас ты мне понадобишься…
Я поднимаюсь и обращаюсь к великой княжне:
— Простите, Ольга Валерьевна, всё же мне придётся отойти. Вопрос срочный, связан с моим королевством.
Ольга Валерьевна отвечает спокойно, без тени недовольства:
— Да-да, хорошо, Ваше Величество.
Лакомка кивает мне коротко, но её глаза уже насторожены:
— Все в порядке?
— Да просто одна зеленоволосая полубогиня хочет сотворить полную дичь.
Отхожу в коридор. Сразу открываю канал к Аусту и подключаюсь к его органам чувств.
— Готово, — говорю. — Иди к Диане, и там я перехвачу твой контроль.
Ауст без лишних слов выполняет приказ. Когда он оказывается напротив Дианы, которая уже во дворе смотрит на поданную карету, я усиливаю контроль над потоком — и через секунду говорю уже его ртом:
— Так, Диана. С тобой сейчас говорю я, Вещий-Филинов. Поэтому позволю себе немного неформальной речи, — делаю паузу. — Ты совсем с ума сошла? Какая ещё Кузня-Гора? На кой чёрт она тебе сдалась?
Диана смотрит на Ауста недовольно:
— Король Данила, это довольно привольная манера речи. Ты конечно полубог, но не перебарщивай.
И рядом слышится знакомое хмыканье — Багровый Властелин стоит тут же, слушает разговор и, конечно, получает удовольствие от происходящего. Ему только подавай повод подлить масла в огонь.
Я продолжаю, не обращая внимания:
— А как с тобой по-другому? Ты хотя бы понимаешь, к кому в гости собралась? Древний Кузнец — отбитый псих! Он не просто пихает трупы в железную броню — он скармливает живых людей железу!
— А я ей говорил, — добавляет Багровый Властелин.
Но толку от того, что он говорил, ровно ноль. Тоже мне, сильнейший полубог. Довёл собственную жену до того, что она от него сбегает на тысячелетия, и теперь она топчет его мнение так же легко, как песок под ногами. Вот чтобы мне да хоть та же Светка в таком тоне отвечала? Да никогда в жизни.
Предсказуемо, Диана упирается и спорит, как заведённая, настаивая, что мол, ты, король Данила, полубог, и Древний Кузнец обязан ее послушать и поможет новому брату с его миссией. Я, конечно, кидаю ей аргументы, но она повторяет одно и то же будто фанатичка. Багровый иногда поддакивает мне, но Диане всё побоку, как будто мы обсуждаем не смертельно опасного Древнего Кузнеца, а выбираем ресторан на вечер.
В конце у меня почти вырывается слово «дура» — уже висит на кончике языка… но всё же удерживаюсь. Хотя желание было сильное.
В итоге я просто обрываю связь, потому что спорить с бессмертной женщиной, уже решившей свой путь, — бесполезно. Надеюсь, её Древний Кузнец не прихлопнет. Или, может, она сама его в бараний рог согнёт, если полезет.
Направляюсь обратно в пиршественный зал, но не успеваю сделать и трёх шагов — Лакомка выходит на связь мыслеречью: