Царь кивает и говорит уже серьёзно:
— Пока нет. Поэтому ты задержался в Москве?
— В том числе.
— Что ж, я очень тебе благодарен.
— Я велел своим казидам разработать систему сканирования астральной энергии. Датчики можно будет крепить к фонарным столбам, почтовым ящикам и прочим уличным коммуникациям. При обнаружении астральной энергии система будет передавать ее местоположение в центральное управление.
Царь смотрит на меня удивленно.
— Данила, это действительно своевременная разработка. Когда она будет готова?
— Через неделю где-то.
— Царство купит у тебя эту систему.
Я усмехаюсь:
— Не нужно, Борис. Это будет мой подарок в рамках нашего партнёрства. Мне тут недавно принцесса Чен дала умную мысль: что я представляю наш мир на Той стороне. Подумайте тоже об этом на досуге
Царь вскидывает косматые брови. Потайной смысл моих слов, конечно, не ускользает от русского Государя, искушенного в дворянских интригах.
— Данила, это звучит достаточно амбициозно. — Перевести можно как: а ты часом не зарвался, мальчик?
— Ничуть, по-моему. Вы сначала представьте угрозы на Той стороне, — возражаю. — Я на днях видел там двухсоттысячные армии дампиров. Все двести тысяч — в стихийных доспехах. Смогло бы Русское Царство в одиночку выстоять против такой силы? А объединиться со всем миром вы сможете без меня?
Царь молчит угрюмо. Видно, что мысль ему не нравится, но она липкая — не смахнёшь. Как бы то ни было, Государь в первую очередь отвечает за безопасность своей страны, это его самая главная обязанность.
Я продолжаю:
— Я не горю желанием править всей Землёй… но куда деваться? Подумайте тоже.
Я сейчас честен в том, что действительно — не горю. Это вообще не амбиция, а скорее вынужденная перспектива, которая сама на шею садится развесив ноги. Но мне нравится родной Будовск, да и Белокаменная Москва, я люблю свой Рю но Сиро… Да и в Междуречье с Сковорощиной сколько денег я туда уже вбросил! И все это слить в унитаз⁈ Да не в жизнь! Так что править Землёй — не мечта, а побочный эффект ситуации.
Царя я действительно загрузил. Какой-нибудь Ци-ван бы уже придумывал бы как меня грохнуть, а то ишь на святое самодержавие Сына Неба покусился, но Царь Борис не напыщенный индюк. Он понимает, что я чушь не сморожу.
Из Кремля я отправляюсь прямиком домой. Заваливаюсь в гостиную, да смотрю на вышедшую Лакомку в домашнем платье. Альва потягивается и спрашивает:
— Долго мы ещё будем в Москве, мелиндо?
— Надо дождаться новостей по Астральным карманам, — отвечаю. — Пока непонятно, распространитель был ли один или их несколько.
Кстати, пока потренирую Пустоту. Усиливаю внимание и накрываю ею когтеточку, к которой как раз прицелился Шархан. Тигр поднимает лапу — но та будто вязнет в воздухе, замедляется и никак не может приблизиться к заветной деревяшечной «игрушке».
— Мяу! — растерянно издаёт он, округлив глаза.
Мы с Лакомкой взрываемся смехом. Впервые на нашей памяти тигр-чревовещатель мяукнул.
Кремль, Москва
Владислав Владимирович входит в царский кабинет — и застаёт самодержавца за рюмкой беленькой.
Брови у начальника Охранки взлетают так высоко, будто он увидел привидение.
— Среди белого дня, Боря? — поражается Владислав.
Царь тяжело вздыхает, взгляд расфокусирован — не пьян, но явно придавлен мыслью:
— Повод есть. Правда, я ещё не понял, хороший он или плохой.
— Что ещё за повод? — осторожно уточняет Владислав Владимирович.
Царь ставит рюмку на стол, смотрит прямо:
— Данила говорит об объединении Земли.
Владислав Владимирович моргает, но быстро собирается, голос у него становится деловым, почти сухим:
— Актуальная задача. Особенно учитывая последние новости: Астральные карманы раскрылись в Винланде и Хань.
Царь снова вздыхает — уже как человек, который понимает, что спокойная эпоха закончилась.
— Похоже, грядёт новая эра. И Филиновы снова будут нами править.
Неожиданно звонит принцесса Чилика — та самая знойная чилийка с провинции «Антарктика-Чили», немного не в себе, но упрямая и, прямо скажем, шикарная.
— Король Данила, добрый день!
— Ваше Высочество, приветствую. В связи с чем удостоин вниманием? — сразу напрягаюсь я. Как бы в гости не позвала. Снова. Я уже два раза обещал, что навещу, а все никак. Ведь и правда надо, эх. Слово короля не воробей.