Наконец Кузнец отложил молот и жестом указал на железное кресло сбоку, похожее на трон. Диана послушно подошла и села, чувствуя, что разговор предстоит прямой и жёсткий.
Древний Кузнец обернулся и спросил:
— Что ты хотела, сестра?
Диана сказала прямо:
— Попросить тебя прекратите вражду с Багровым.
Он хмыкнул в косматую бороду:
— И с чего ради мне его прощать?
— Король Данила Вещий-Филинов — наш собрат, — сказала Диана, стараясь держать голос ровным. — Он открыл Бездну.
Кузнец слегка наклонил голову:
— Бездну? Как у Багрового?
— Именно, — продолжила Диана. — Данила не потомок Багрового Властелина, но получил Бездну. Он полубог. И у него должна быть миссия. И если вы с Багровым продолжите вашу грызню, то не сможете помочь королю Даниле осуществить то что требует Создатель.
Кузнец хмыкнул, коротко и пренебрежительно:
— Плевать на Создателя.
Диана остолбенела и замерла в кресле:
— Я и не думала, что будет легко, но надеялась, что ты хотя бы выслушаешь.
Она попыталась подняться, понимая, что разговор исчерпан, но вдруг поняла, что не может сдвинуться с места. Будто что-то удерживает её. Она дёрнула плечами — бесполезно.
Трон не отпускал её. Он буквально приклеил её к себе.
Кузнец произнёс спокойно, без тени сожаления:
— Вещий-Филинов мне неприятен. Он забрал мои шахты. Кроме того, я хочу сокрушить Багрового Властелина. И ты — его жена — сделаешь это.
В груди Дианы поднимается протест. Она открывает рот, чтобы возразить, но трон приходит в движение. Живая сталь, став жидкой, начинает стремительно подниматься по её телу. Она ощущает, как холодный металл захватывает руки, шею, грудь. Полубогиня пытается вырваться, но тело уже сковывает тонна живого металла.
В следующую секунду она оказывается полностью заключена в железную броню, в которую превратился трон. Только глаза остаются свободны — всё остальное поглощено сталью. Доспех смыкается вокруг неё, словно крышка сосуда, запечатывая её внутри и заставляет подняться.
Кузнец посмотрел прямо в её глаза — единственное живое место, что оставалось, — и сказал:
— Не бойся, сестра. Этот доспех не высосет из тебя всю энергию. Он пропитан специальным раствором, чтобы контролировать даже тебя — полубогиню. Думаю, ты уже догадалась каким. Кроме того, глаза останутся открытыми. Багровый Властелин будет видеть их и не сможет ударить, — продолжил он. — Зато ты ударишь его насмерть.
Диана слушала это и понимала, что она полная дура. Ведь Данила и Багровый предупреждали, что Кузней — психопат, а она взяла да угодила в капкан добровольно.
Доспех уже взял управление. Она могла думать, могла смотреть, но не действовать. И в этом состоянии даже страх приходилось проживать внутренне, без движения, без жеста, без возможности отвести взгляд. Оставалась одна надежда. И почему-то Диана подумала только о молодом мужчине, который ее уже однажды выручил от дампиров.
Глава 15
Киото, Япония
Император Японии сидит за низким столом и медленно пьёт чай из фарфоровой чашки. Он вызывает Нобунагу лёгким жестом кисти. Сегодня даймё лично прибыл в столицу Страны Восходящего Солнца для аудиенции, и удивительно то, что инициатором стал сам Император.
Император некоторое время молчит, постукивая пальцем по столешнице, будто выравнивает собственные мысли. Затем, не поднимая головы, произносит:
— Скажи-ка, мой друг Ода, почему король Данила не торопится передавать мне острова на Той Стороне? У него в распоряжении целая империя. Багровые Земли способны сокрушить любое государство, если он только пожелает.
Он говорит это без раздражения — скорее задумчиво, как человек, который уже перебрал возможные причины, но хочет услышать собственные выводы ещё раз, вслух.
— И мотивация у короля тоже есть. Ведь он может получить взамен Рю-но-Сиро в полное владение. Верно, Ода? — Император медленно поднимает взгляд на даймё. — Король Данила сам же добивался от меня этого предложения.
Нобунага произносит, тщательно подбирая слова, каждое — с должным уважением:
— Ваше Императорское Величество, по моему скромному мнению, королю Даниле сейчас просто не до этого. Вы совершенно верно заметили: под его властью целые Багровые Земли, и готов поспорить, дел там — непаханное поле.
Император тихо вздыхает, словно подтверждая собственные мысли:
— Да кто же спорит. Но дело-то вовсе не в каких-то островах.