Молодильный Сад, Багровые Земли
Лакомка ходит по Молодильному Саду туда-сюда, как заведённая. Дел полно, но раз Даня поручил найти нужный ингредиент, главная королева самого могущественного королевства в мироздании отложила все дела и немедленно принялась за поиски.
Олежек рядом во весь голос смеётся: взял под контроль огромного медведя, который забрёл в Сад случайно, и теперь скачет на нём, как на табурете. Лакомка только вздыхает и предупреждает, чтобы не убился, но этот маленький телепат лишь громче ржёт и шпорит ментальными щупами зверюгу, заставляя того ломать кусты, как бумажные. Аномальный же медведь — он и дуб снесет, не заметит.
Компанию альве составила Гюрза. Леди удивлённо наблюдает за Олежеком так, будто не знает, улыбаться или спасать ребенка. Но альва спокойна, а потому можно и поулыбаться. Лакомка же думает, что хорошо, что Славика оставили дома с леди Лазурь. Если бы их тут было двое… медведю пришлось бы тяжко.
— Как прекрасно выбраться на природу! — вздыхает Гюрза, поправляя полы платья, задравшиеся о стебли травы, приоткрыв стройные ноги леди. — А то в моём кабинете такие завалы, что не продохнуть! Хотя и так работаю день и ночь!
Лакомка сразу отвечает с мягкой улыбкой:
— Твоя работа, леди-губернатор, очень важна для Багровых Земель. Наш мелиндо тебя ценит.
Гюрза довольно улыбается и, чуть помедлив, добавляет:
— Я слышала, что Данила собирается к Ольге Валерьевне на день рождения.
Лакомка грустно пожимает плечами:
— Если успеет — то, конечно, придёт. С дампирами бы ещё разобраться. А так, конечно, нам всем хотелось бы проведать Олю да и московское дворянство тоже.
— Ольга Валерьевна — красивая женщина, — вставляет Гюрза, вспомнив общение с ней в Херувимии. — Неудивительно, что Данила ею заинтересован.
Лакомка улыбается шире:
— Кто-то, похоже, ревнует.
Гюрза тут же начинает оправдываться, почти возмущённо:
— Ещё чего? Я не умею ревновать. У нас в расе такого не предусмотрено, ты же знаешь. Да и вы, альвы, такие же. Мы с вами полигамны, потому что не плодовиты, и большое количество партнёров помогает нам не вымереть. Мужей и жён заводим просто для галочки… ну и чтобы удобно делить имущество.
Лакомка приподнимает бровь насмешливо:
— Значит, сейчас у тебя много мужчин?
Гюрза краснеет мгновенно:
— Нет у меня никого.
— Ну а как же наша «расовая полигамия»? — уточняет Лакомка тоном учительницы.
— Да… да некогда мне! Работы полно! — заоправдывалась леди-дроу, и красный локон на солнце сверкнул среди копны чёрных волос.
Лакомка согласно кивает:
— Прекрасно понимаю. Мне тоже некогда, — и сама смеётся. — Моё время полностью занимает один мелиндо. У тебя случайно не такая же причина?
— Не знаю… — Гюрза окончательно теряется.
Лакомка с улыбкой снова идёт вдоль рядов деревьев, раздвигая ветви, и говорит вслух, как бы невзначай:
— Вот сейчас, например, я исполняю поручения мужа. Когда мне еще думать о всякой полигамии?
Покраснев до кончиков острых ушей Гюрза, явно пытаясь перевести тему, спрашивает:
— Что ты ищешь?
— Растение, которое очень пугает одну полубогиню.
Гюрза округляет глаза:
— Диана что-то боится?
— Ага, — подтверждает Лакомка задумчиво шерудя среди зарослей.
И тут взгляд альвы цепляется за засохшее древнее дерево, почти рассыпавшееся в труху. И на его сухих, мёртвых ветвях видно странное зелёное пятно — будто кусочек кустарника умудрился вырасти прямо на дереве и потом окаменел на нем.
— Похоже, это она! Омела! — радуется Лакомка.
Гюрза моргает:
— И Диана боится этот куст?
Лакомка, поднявшись на цыпочки, касается ладонью мёртвой древесины и дотягивается до омелы — той самой, что странно окаменела, не сгнила вместе с деревом, а будто застыла отдельным пластом. В тот же миг на твёрдой каменной зелени пробивается слабый живой росток. Он тянется вверх, чуть шевелится, раскрывается — и мгновенно расщепляется, взрываясь ярким зелёным светом. Свет бьёт наружу резко, ослепительно, словно удар.
Гюрза вскрикивает, дёргается назад, теряет равновесие — и падает без сознания на землю.
Лакомка тут же подбегает к леди-дроу: достаёт из поясной сумоки снадобье, мигом откупоривает, приподнимает Гюрзу за затылок и вливает лекарство. Через несколько мгновений та моргает, будто возвращаясь из тумана.
— Что это было?.. — хрипло спрашивает Гюрза.
Лакомка вытирает носовым платком вспотевший лоб Гюрзы и спокойно объясняет: