— Ну? — подталкиваю.
— Раз мы не поклоняемся их богам, они отказались давать нам карту. Мы пытались с ними торговать, пытались договориться — бесполезно. Официально мы для них язычники и чужаки.
Ауст бурчит:
— Они ещё обзываются «дылдами». Мы могли бы взять карту силой, но штурм их крепости займёт пару дней. Она в скале, укреплена и неудобна для атаки.
Я качаю головой:
— Да уж, ради одной карты устраивать резню целого города — так себе план. Мне это не подходит. И тебе тоже, Ауст.
— Как скажешь, король, — сильнейший лорд-дроу послушно пожимает плечами.
Перевожу взгляд на Багрового Властелина и Змейку:
— Сходим туда лично. Я, Багровый Властелин и Змейка. Разговор выйдет короткий.
Багровый тяжело вздыхает:
— Вместо Чёрной Равнины ты тащишь меня прочь от неё, Филинов… — но говорит это уже без протеста. Понимает, что карта нам нужна.
И тут вдруг вмешивается Светка, подбоченившись:
— Хватит! Мы — Вещий-Филиновы. Запомни это уже!
К моему удивлению, Багровый смотрит на неё чуть опешив:
— Да плевать, пусть…
Хм. А Светка молодец. Видимо, пока она вела его из Золотого дворца на Темискиру, успела внушить определённое уважение.
— Отправляемся сейчас, — говорю я и протягиваю свободную руку. Змейка тут же хватает её своими когтистыми пальцами, довольная, как кошка, нашедшая новую игрушку. Багровому она, не мудрствуя, подсовывает хвост — а он лишь хмыкает и берётся за то, что дают.
По мыслеречи беру у Зелы точные координаты, второй рукой активирую портальный камень.
Перенос — и мы оказываемся снаружи ворот грубой каменной крепости. Пять башенок, врезанных прямо в скалу, массивные, рубленые линии, никаких изысков. Это больше похоже на сторожевой пост, чем на полноценное «королевство-город», но гробулы, видимо, считают иначе. Мы — гости, так что работаем с тем, что имеем.
Ворота распахнуты настежь. Перед входом скучают двое стражников-гробулов. Ростом они мне по грудь, плечистые, будто квадратные комоды с ручками. И правда чем-то напоминают казидов, только вместо нормальной растительности у них каменные наросты: борода — цельная каменная пластина, брови — монолитный каменный моногребень. Лица широкие, массивные, кирпича не просят, зато интеллектом тоже не блистают.
Мы с Багровым Властелином и Змейкой подходим к воротам.
— Добрый день, уважаемые, — бросаю на русском. Переводчик-амулет всё равно передаст на их наречии
Один из гробулов сразу начинает огрызаться, будто мы пришли занять у него денег под процент:
— Ты не пройдёшь, дылда! И ты не пройдёшь! И ты, дылда, тоже не пройдёшь!
Я моргаю пару раз, осознавая, что это он сейчас разом нас троих обливает грязью:
— Я правильно понял: вы сейчас нас оскорбляете?
Гробул с хрустом поправляет свой высоченный шлем — настоящий стальной цилиндр, вытянутый вверх почти на полметра. Похоже, создан исключительно для того, чтобы прибавить коротышке росту. Комично, но внушительно он всё равно не выглядит.
Второй, пониже, басит:
— Дылдам не место в городе.
Багровый Властелин смотрит на меня недовольно:
— Мне кажется, пора их размазать.
Змейка фыркает рядом:
— Или разррррубить, фака?
— Да и все это каменное недоразумение заодно, — продолжает Багровый, кивнув, на крепость. — Большой Красный шар, думаю, справится.
Я поднимаю ладонь:
— Тише, оба. Не начинайте раньше времени.
Потом смотрю на гробулов:
— Неуважаемые, почему «дылдам» не место? Ворота открыты, значит в ваше королевство можно зайти любому желающему? Нам нужно поговорить с королем.
Гробул с высоким шлемом отвечает насмешливо:
— Вы не просто дылды? Вы еще и тупые?
Ясно. Я киваю Змейке. Хищница делает лёгкое движение рукой, будто отмахивается от комара, — и у гробула с высоким шлемом половина «высоты» исчезает. Болванка падает на землю, со звоном подпрыгивая, а под ней открывается его блестящая лысая макушка. Гробул бледнеет, схватившись за отрезанный остаток шлема.
Второй уже оглядывается назад, видимо, желая драпануть, но я вопросом его зависаю:
— Повторите, а то я, кажется, ослышался?
Гробул трясется каменной бородой и сняв с петли на поясе палицу целится в Багрового:
— Не подходите, дылды!
Он бросается с оружием на Багрового, и конечно палица застывает в воздухе, а тот кладёт ему руку на плечо. Гробул падает на колени так быстро, будто им кто-то выбил суставы. Его глаза округляются, дыхание частит. Багровый чуть приподнимает руку — и гробул поднимается вверх, болтаясь в воздухе, как воздушный шарик, который держат за ниточку.